Перейти к содержанию

Бауэр О. Накопление капитала1

Сборник «Основные проблемы политической экономии», 1922 г., с. 351—379

Накопление и потребительная сила

Часть выжатой прибавочной стоимости капиталисты ежегодно превращают в капитал. Они затрачивают часть прибавочной стоимости на расширение старых предприятий и на основание новых, т. е. на расширение их производственного аппарата и подвластной им рабочей армии. Это превращение части прибавочной стоимости в капитал Маркс называет накоплением капитала. Чем дальше заходит развитие капитализма, тем меньше та часть прибавочной стоимости, которая потребляется капиталистами, и тем больше та часть ее, которая накопляется ими. Норма накопления, т. е. отношение накопляемой части прибавочной стоимости ко всей прибавочной стоимости, возрастает.

В то время, как накопление капитала безгранично шествует вперед, в то время, как производственный аппарат общества расширяется, и товарная масса, производимая в предприятиях капиталистов, колоссально увеличивается, — потребительной силе капиталистического общества поставлены узкие границы. Покупательная сила рабочего класса возрастает медленнее, чем капитал, ибо с развитием производительных сил падает стоимость рабочей силы и уменьшается доля рабочего класса в стоимости, воплощенной в общественном продукте. Но покупательная сила класса капиталистов также растет медленнее, чем капитал. Капиталисты тем меньше могут потреблять, чем больше они накопляют. Поэтому потребительная сила капиталистического общества постоянно отстает от безгранично развивающихся производительных сил. Это внутреннее противоречие капиталистического способа производства ведет к падению нормы прибыли. Это противоречие проявляется в опустошительных кризисах, при которых товарная масса, выброшенная на рынок из расширенного производственного аппарата, напрасно ищет покупателей.

Объяснение кризисов несоответствием между накоплением капитала и потребительной силой общества впервые было развито Сисмонди, затем его переняли Мальтус, Кальмер и Родбертус. У Сисмонди это объяснение составляет существенную составную часть его критики капитализма; для Мальтуса и Кальмера оно является предпосылкой их доказательства того, что капиталистическое общество нуждается «в третьих лицах», чтобы вообще иметь возможность сбывать свои товары, что оно нуждается в третьих лицах, которые потребляют, ничего не производя.

Объяснение падения нормы прибыли диспропорциональностью между накоплением капитала и ростом рабочего класса дали впервые памфлет 1821 г., Годскин и Рамзай.

Защитники капитализма боролись против этого учения.

Они отрицали возможность всеобщего перепроизводства. С возрастанием производства товаров, — говорили они, — растет и покупательная сила производителей. Кризисы могут возникать только от диспропорциональности между отдельными отраслями производства, а не от всеобщего перепроизводства. В этом отношении ничего не может изменить и тот факт, что рабочий должен делиться стоимостью своего продукта с капиталистом. Ибо, чем меньше могут потреблять рабочие, тем больше становится покупательная сила капиталистов: вся величина спроса на товары остается таким образом неизменной независимо от того, увеличивается ли или падает доля рабочего в стоимости продукта. Столь же безразлична для общей суммы спроса и норма накопления. Если она возрастает, то покупается, правда, сравнительно меньше потребительных благ, но зато больше средств производства. Так рассуждали Рикардо, Мак Куллох и Сэй.

Падение нормы прибыли, как и кризисы, нельзя объяснять перенакоплением. Падение нормы прибыли объясняется только тем, что все возрастающие трудности снабжения средствами существования повышают стоимость рабочей силы и понижают норму прибавочной стоимости. Падение нормы прибыли сводится таким образом к неизбежным законам природы: к перенаселению и к падению плодородия почвы. Эти мысли подчеркивали, в особенности, Рикардо и Джон Стюарт Милль.

Маркс окончательно покончил с этими возражениями школы Рикардо-Сэя, но в то же время дал совершенно новое понимание опирающегося на Сисмонди учения о внутреннем противоречии капиталистического накопления. Он разделил капиталистическое производство на две части: на производство средств производства и на производство потребительных благ. Он доказал, что воспроизводство капитала лишь тогда может протекать беспрепятственно, когда между этими двумя отраслями производства существуют определенные количественные соотношения. Но эта гармония может установиться в капиталистическом обществе только, как «результат процесса уничтожения существующих дисгармоний». Кризисы являются поэтому не случайным и сопутствующими явлениями, вызванными случайной же диспропорциональностью производства, а неизбежными фазами воспроизводства капитала, ибо только через них могут установиться необходимые количественные. отношения между обеими отраслями общественного производства. Но падение нормы прибыли даже при полной пропорциональности производства происходит не вследствие неизбежных законов природы, а в результате того факта, что капитал растет быстрее, чем приводимая им в движение рабочая сила, которая одна только производит прибавочную стоимость.

Схемы второго тома «Капитала», в которых Маркс дал условия равновесия между обеими отраслями производства, оказали огромное влияние на русскую экономическую литературу. Она обсуждала вопрос о том, является ли капитализм и для России «неизбежною необходимостью», должна ли и Россия, как думали западники, перенять экономические, социальные и политические учреждения Западной и Средней Европы, или же она может сохранить свое национальное своеобразие и самобытность, как полагали славянофилы; русская литература, выражаясь социалистически, ставила следующий вопрос: является ли и для России концентрация капитала, пролетаризация народной массы и классовая борьба между буржуазией и пролетариатом предпосылкам социализма, как учили социал-демократы, или же Россия может, не проходя через капитализм, построить социалистическое общество на основе мира, т. е. крестьянской земельной общины, как думали народники и их преемники, социалисты-революционеры? В этом споре обсуждался и вопрос о том, может ли капитализм вообще распространяться за пределы Западной и Средней Европы и не потерпит ли развитие капиталистического производства на Востоке крушение ввиду невозможности сбыть товары, произведенные расширившимся производственным аппаратом. Руководствуясь марксовыми схемами, марксисты в борьбе с народниками показывали, что капитализм может еще сильно расширяться и что производственный аппарат может еще колоссально увеличиться без того, чтобы капиталисты ощущали недостаток в рынке для своих товаров, так как равновесие между производством средств производства и производством потребительных благ все снова и снова восстанавливается капиталистическим механизмом. Спор между марксистами и народниками в России решен историей. Но теперь Роза Люксембург, конечно, с совершенно другой целью, опять подымает тезис об ограниченности капитализма. Ее книга: «Накопление капитала. К вопросу об экономическом объяснении империализма» (Берлин, 1913)2 дает новое понимание проблемы, которая со времен Сисмонди все снова и снова всплывает на поверхность.

Предположим сперва простое воспроизводство: вся прибавочная стоимость потребляется и никакая часть ее не накопляется. В таком случае все производство представляется, по Марксу, в следующей схеме:

\[ \displaylines{ \text{I. Отрасли, производящие средства производства:} \\ \text{Постоянный капитал} (c) + \text{переменный капитал} (v) + \text{прибавочная стоимость} (m).\\ \\ \text{II. Отрасли, производящие потребительные блага: }\\ \text{Постоянный капитал} (c_1) + \text{переменный капитал} (v_1) + \text{прибавочная стоимость} (m_1). } \]

Отрасли, производящие средства производства, должны купить у отраслей, производящих потребительные блага, средства существования: во-первых, для пропитания их рабочих на сумму \(v\) и, во-вторых, для потребления их капиталистов на сумму \(m\), всего, стало быть, на сумму \(v + m\). С другой стороны, отрасли, производящие потребительные блага, должны купить средства производства у отраслей, изготовляющих эти последние, на сумму \(c\), для обновления своего постоянного капитала. Обмен между обеими группами совершается беспрепятственно, когда \(c_1 = v + m\). Это — условие равновесия при простом воспроизводстве.

Другое дело — при воспроизводстве в расширенном масштабе. Здесь все производство представляется в следующей схеме:

\[ \displaylines{ \text{I. Отрасли, производящие средства производства:} \\ \text{Постоянный капитал} (c) + \text{переменный капитал} (v) + \text{потребленная часть прибавочной стоимости} (k) + \text{накопленная часть прибавочной стоимости} (a).\\ } \]
\[ \text{II. Отрасли, производящие потребительные блага: }\\ \text{Постоянный капитал} (c_1) + \text{переменный капитал} (v_1) + \text{потребленная часть прибавочной стоимости} (k_1) + \text{накопленная часть прибавочной стоимости} (a_1). \]

Здесь возникают затруднения. Отрасли, производящие средства производства, покупают средства существования на сумму \(v + k\), и на эту же сумму отрасли, производящие потребительные блага, покупают у них средства производства для обновления своего постоянного капитала. Что происходит с \(a\) и \(a_1\)? Прежде всего \(a\) овеществлено в средствах производства; кто может их купить? \(a_1\) воплощено в потребительных благах; куда их сбыть? Здесь Роза Люксембург прибегает к старой гипотезе «третьих лиц». Она полагает; что подлежащая накоплению часть прибавочной стоимости вообще не может быть реализована, если капиталистическое производство не может сбыть избыточных стоимостей вне своей сферы — некапиталистически производящем мелкой буржуазии и мелкому крестьянству. Этим объясняется стремление капитала к расширению своих рынков. Отсюда стремление разрушить натуральное хозяйство, извратить всюду простое товарное производство в капиталистическое и сделать весь мир рынком для капиталистической промышленности; отсюда, стало быть империализм! Но лишь только рынки сбыта не поддаются больше расширению, капитализм не может больше сбыть большую часть своих товаров. Он задыхается в им самим созданном богатстве. Тогда бьет его последний час… Такова основная мысль товарища Люксембург. Посмотрим теперь, правильна ли она.

Накопление и рост населения

Всякое общество, численность населения которого возрастает, должно ежегодно расширять свой производственный аппарат. Эта необходимость существует для социалистического общества будущего точно так же, как и для капиталистического общества настоящего, как она существовала для простого товарного производства или для крестьянского хозяйства прошлого, которое производило для своих собственных потребностей.

Предположим, что в социалистическом обществе численность населения возрастает ежегодно на 5%. Обществу в следующем году придется прокормить на 5% больше людей, чем в текущем. Поэтому общество должно: 1) уже в текущем году произвести определенное количество потребительных благ, которое необходимо для прироста населения в следующем году, оно, стало быть, должно, например, построить столько жилых домов, чтобы весь запас квартир увеличился на 5%, и расширить запашку настолько, чтобы запас хлеба возрос после следующей жатвы на 5%; 2) оно уже в этом году должно произвести такое количество средств производства, чтобы в следующем году иметь возможность предоставить в распоряжение рабочей армии увеличившейся на 5%, необходимые рабочие помещения и средства труда. Общество каждый год должно затрачивать часть своего труда на производство потребительных благ и средств производства, которые потребуются для прироста населения в следующем году.

То же самое должно делать и капиталистическое общество. Но здесь расширение производственного аппарата и запаса средств существования связано с накоплением капитала. Часть прибавочной стоимости превращается в капитал, причем одна часть накопленной прибавочной стоимости присоединяется к переменному капиталу, а другая часть — к постоянному капиталу. Капиталисты производят это накопление для увеличения своей прибыли; но общественный результат этого накопления заключается в том, что прирост населения находит готовыми необходимые ему потребительные блага и средства производства. В увеличении переменного капитала выражается создание средств существования для прироста населения; в увеличении постоянного капитала — создание для прироста населения рабочих помещений и средств труда.

Но в то время как в социалистическом обществе органы, планомерно направляющие производство, заботятся о том, чтобы расширение производственного аппарата и увеличение запаса средств существования шли в ногу с ростом населения, капиталистическое общество не имеет подобных органов. Накопление капитала зависит здесь от произвола капиталистов. Поэтому оно может отставать от роста населения, или обгонять его. Посмотрим прежде всего, как должно совершаться накопление капитала, чтобы оно сохраняло равновесие с ростом населения. Если мы уясним это, то нам нетрудно будет понять, к каким результатам должно привести нарушение этого состояния равновесия.

Предположим, что численность населения увеличивается ежегодно на 5%. Если равновесие сохранилось, то и переменный капитал должен увеличиваться ежегодно на 5%. Постоянный капитал растет быстрее, чем переменный, — насколько быстрее, это определяется достигнутой в данный момент степенью развития техники. Предположим, что постоянный капитал увеличивается ежегодно на 10%. Тогда мы получаем, например, следующий ряд:

Таблица I

  Постоянный капитал Переменный капитал
Первый год 200 000 100 000
Второй год 220 000 105 000
Третий год 242 000 110 250
Четвертый год 266 200 115 762

Чтобы упростить исследование, предположим прежде всего, что норма прибавочной стоимости остается неизменной. Пусть она равняется 100%. Масса прибавочной стоимости в каждом году столь же велика, как и масса переменного капитала. Какая часть прибавочной стоимости накопляется и какая потребляется? Накопляется часть, достаточная для увеличения переменного капитала на 5% и постоянного капитала на 10%. Пусть прибавочная стоимость составляет в первом году, например, 100 000. Тогда для увеличения постоянного капитала (с 200 000 до 220 000) употребляется 20 000, а для увеличения переменного капитала (со 100 000 до 105 000) 5 000. Всего, стало быть, накопляется 25 000, а потребляется 75 000. За четырехлетний промежуток времени развитие представится в следующем виде:

Таблица II

  Прибавочная стоимость Потребляется Присоединяется к постоянному капиталу Присоединяется к переменному капиталу
Первый год 100 000 75 000 20 000 5 000
Второй год 105 000 77 750 22 000 5 250
Третий год 110 250 80 539 24 200 5 511
Четвертый год 115 762 83 374 26 600 5 788

Каждый год 5% прибавочной стоимости отнимается от потребления капиталистов и затрачивается на увеличение переменного капитала. Но, кроме того, часть прибавочной стоимости должна быть употреблена на увеличение постоянного капитала. Но так как прибавочная стоимость растет в той же пропорции, что и переменный капитал, а постоянный капитал быстрее переменного, то к постоянному капиталу должна присоединяться из году в год возрастающая часть прибавочной стоимости. Норма накопления (отношения подлежащей накоплению части прибавочной стоимости ко всей прибавочной стоимости) выразится таким образом в следующих цифрах:

Таблица III

  Норма накопления (в круглых цифрах)
Первый год 25%
Второй год 26%
Третий год 27%
Четвертый год 28%

В предположении неизменной нормы прибавочной стоимости, воспроизводство в расширенном масштабе при прогрессирующем росте органического состава капитала возможно лишь тогда, когда норма накопления из году в год возрастает. Если равновесие между накоплением и приростом населения сохраняется, то рост нормы накопления должен находиться в определенном (festen) количественном отношении к росту населения и к росту постоянного капитала. Что это действительно так, показывают цифры нашего примера. Кто привык вести расчеты в общих числах, без особого труда найдет уравнение, выражающее это количественное отношение.

Мы рассматривали до сих пор рост всего капитала. Исследуем теперь, как весь капитал должен распадаться на две упомянутых выше крупных отрасли производства — на производство средств производства и потребительных благ.

Предположим, что производство в первом году представляется в следующем виде:

  Отрасли, производящие средства производства
(I)
Отрасли, производящие потребительные блага
(II)
Все производство
Постоянный капитал (c) 120 000 80 000 200 000
Переменный капитал (v) 50 000 50 000 100 000
Потребленная часть прибавочной стоимости (k) 37 500 35 500 75 000


Накопленная часть прибавочной стоимости
Подлежит присоединению к постоянному капиталу (α) 10 000 10 000 20 000
Подлежит присоединению к переменному капиталу (β) 2 500 2 500 5 000
Сумма 220 000 180 000 400 000

Каким же образом должен распределяться капитал во втором году? Производительное приложение накопленной в каждой из обеих сфер производства прибавочной стоимости в следующем году в той же самой сфере производства невозможно, ибо прогресс к более высокому органическому составу капитала требует передвижки капитала из отраслей, производящих потребительные блага, в производство средств производства. Мы, следовательно, должны рассчитать, какую часть прибавочной стоимости, накопленной в отраслях, производящих потребительные блага, нужно перенести в производство средств производства с целью расширения этой отрасли.

Согласно таблицам I и II, мы во втором году должны иметь:

Переменный капитал 105 000
Потребленная часть прибавочной стоимости 77 750
Часть прибавочной стоимости, подлежащая присоединению к переменному капиталу 5 250
Сумма 188 000

Отсюда следует, что стоимость продукта отраслей, производящих потребительные блага, во втором году должна составлять 188 000, ибо только на эту сумму стоимостей могут быть выменены средства потребления.

В отраслях, производящих потребительные блага, в первом году накопляется 10 000 α (постоянного капитала) и 2 500 β (переменного капитала). Если стоимость продукта отраслей, производящих потребительные блага, составит во втором году 188 000, то от накопленной в них в первом году прибавочной стоимости в отраслях, производящих потребительные блага, может быть приложено лишь 5 334 α + 1 333 β; остаток должен быть перенесен в отрасли, производящие средства производства3.

Итак, мы для второго года получаем:

  Отрасли, производящие средства производства
(I)
Отрасли, производящие потребительные блага
(II)
Все производство
Постоянный капитал (c) 134 666 85 334 220 000
Переменный капитал (v) 53 667 51 333 105 000
Потребленная часть прибавочной стоимости (k) 39 740 38 010 77 750


Накопленная часть прибавочной стоимости
Подлежит присоединению к постоянному капиталу (α) 11 244 10 756 22 000
Подлежит присоединению к переменному капиталу (β) 2 683 2 567 5 250
Сумма 242 000 188 000 430 000

Такими же расчетами мы высчитываем данные для следующих лет. Мы получаем таким образом следующий ряд:

Таблица IV

1-ый год c v k α β  
I 120 000 +   50 000 + 37 500 + 10 000 + 2 500 = 220 000
II   80 000 +   50 000 + 37 500 + 10 000 + 2 500 = 180 000
  200 000 + 100 000 + 75 000 + 20 000 + 5 000 = 400 000
2-ой год            
I 134 666 +   53 667 + 39 740 + 11 244 + 2 683 = 242 000
II   85 334 +   51 333 + 38 010 + 10 756 + 2 567 = 188 000
  220 000 + 105 000 + 77 750 + 22 000 + 5 250 = 430 000
3-ий год            
I 151 048 +   57 576 + 42 070 + 12 638 + 2 868 = 242 000
II  90 952 +   52 674 + 38 469 + 11 562 + 2 643 = 188 000
  242 000 + 110 250 + 80 539 + 24 200 + 5 511 = 462 500
4-ый год            
I 169 124 +   61 738 + 44 465 + 14 186 + 3 087 = 292 600
II  96 876 +   54 024 + 38 909 + 12 414 + 2 071 = 204 924
  266 000 + 115 762 + 83 374 + 26 600 + 5 788 = 497 524

Цифры, которые Маркс берет во втором томе «Капитала» для представления процесса воспроизводства, выбраны произвольно и не свободны от противоречий. Это объясняется тем, что Энгельс нашел эту часть марксова труда незаконченной в литературном наследстве нашего учителя. Но если он изложил ход своих мыслей не в безукоризненном виде, то это отнюдь не значит, что самый ход этих мыслей неправилен. Роза Люксембург довольствуется указанием на произвольности марксовых схем и склонна верить, что без этих произвольностей вообще нельзя было бы построить схемы. Мы предпочитаем искать для марксова хода мыслей подходящее наглядное пояснение и вести наше исследование по схеме, освобожденной от произвольных элементов. Поэтому мы здесь построили схемы, которые — раз приняты предпосылки — не содержат в себе ничего больше произвольного, и величины которых с железной необходимостью вытекают друг из друга.

Произвольны только предпосылки, взятые для первого года, а именно, что постоянный капитал составляет 200 000, а переменный капитал 100 000, что переменный капитал распределен поровну между обеими сферами производства, что норма прибавочной стоимости равна 100% и что норма накопления одинакова в обеих сферах производства. Далее, произвольно допущение, что постоянный капитал возрастает ежегодно на 10%, а переменный капитал на 5%. Но если эти предпосылки приняты, то все цифры, представленные в схеме, вытекают из них с математической необходимостью. Развитие не может протекать иначе, пока норма прибавочной стоимости остается неизменной и поскольку норма накопления остается одинаковой для обеих сфер производства. Наша схема дает таким образом безупречную основу для исследования проблемы, поставленной товарищем Люксембург.

Реализация прибавочной стоимости

Руководствуясь таблицей IV, исследуем, может ли товарная масса, овеществленная в накопленной части прибавочной стоимости (α + β), найти себе сбыт в самом капиталистическом мире, или она, как думает товарищ Люксембург, может быть сбыта лишь вне капиталистического мира.

В отраслях, производящих средства производства, в первом году изготовляются товары стоимостью в 220 000. Кто покупает эти товары?

Прежде всего капиталисты отраслей, производящих средства производства, сами нуждаются в средствах производства. Часть этих потребностей они покрывают, затрачивая средства производства, произведенные в их собственных предприятиях, для обновления или для расширения этих последних. Так, угольные копи сами употребляют уголь для отопления своих паровых котлов, железоделательные заводы сами применяют железо для обновления или расширения своего производственного аппарата. Другую часть потребностей они покрывают путем покупок друг у друга внутри отраслей, производящих средства производства. Так, железоделательный завод покупает уголь у угольной копи, горное предприятие покупает машины у машиностроительного завода, машиностроительный завод покупает железо у железоделательного завода. Но как велика вся потребность отраслей, производящих средства производства, в новых средствах производства? Прежде всего должен быть восстановлен постоянный капитал, потребленный в производстве; для этой цели капиталисты отраслей, производящих средства производства, должны затратить средств производства стоимостью в 120 000. Но сверх того капиталисты затратят для расширения существующих или для основания новых предприятий накопленную ими в первом году прибавочную стоимость. Если они захотят применить в следующем году капитал, увеличенный на 12 500, то они уже в этом году должны строить новые рабочие помещения, покупать новые машины и увеличивать запас сырых материалов, чтобы рабочие, которых они хотят взять на работу в начале следующего года, нашли уже готовыми необходимые средства труда. Для этой цели они должны купить друг у друга средства производства стоимостью в 10 000. Всего, стало быть, из средств производства стоимостью в 220 000, произведенных в сфере I внутри этой сферы находят себе сбыт: во-первых, 120 000 для обновления производственного аппарата, и во-вторых, 10 000 для расширения производственного аппарата в следующем году. Но что же происходит с оставшимися средствами производства стоимостью в 90 000?

Прежде всего капиталисты отраслей, производящих потребительные блага, должны купить средств производства стоимостью в 80 000 для обновления средств производства, потребленных в производстве в первом году. Но сверх того капиталисты отраслей, производящих потребительные блага, должны уже в этом году строить рабочие помещения, покупать машины, увеличивать запас сырых материалов, потому что они в следующем году намерены продолжать производство в расширенном масштабе. С этой целью сфера II покупает у сферы I средства производства стоимостью в 5 334. Всего, стало быть, капиталисты отраслей, производящих потребительные блага, покупают средств производства, необходимых для производства потребительных благ, на сумму в 85 334 Непроданными таким образом остались теперь лишь средства производства стоимостью в 4 066. Где они находят себе сбыт?

Капиталисты отраслей, производящих потребительные блага, переносят часть накопленной в первом году прибавочной стоимости в отрасли, производящие средства производства: они либо сами основывают фабрики, в которых производятся средства производства, либо посредством банков передают накопленную ими прибавочную стоимость капиталистам отраслей, производящих средства производства4, для приложения ее в этих отраслях, либо покупают акции обществ, производящих средства производства. Если производственный аппарат сферы I расширится таким образом в следующем году, то элементы этого производственного аппарата (рабочие помещения, машины, сырье) должны быть куплены уже в этом году. Отрасли, производящие средства производства, продают поэтому товары стоимостью в 4 666 тому капиталу, который накоплен в отраслях, производящих потребительные блага, но который прилагается в отраслях, производящих средства производства. Капиталисты отраслей, производящих потребительные блага, покупают, стало быть, наряду со средствами производства стоимостью в 85 ЗЗ4, которые затрачиваются на производство потребительных5 благ, еще средства производства стоимостью в 4 666, предназначенные для производства средств производства.

Итак, средства производства, произведенные в первом году, сбываются следующим образом:

1. Капиталистам отраслей, производящих средства производства:
a) на обновление производственного аппарата в I 120 000
b) на расширение производственнго аппарата в I 10 000
Итого 130 000
2. Капиталистам отраслей, производящих потребительные блага:
a) для обновления производственного аппарата в II 80 000
b) для расширения производственного аппарата в II 5 334
c) для расширения производственного аппарата в I 4 666
Итого 90 000

Этим самым вся товарная масса, произведенная в сфере I, сбыта без остатка.

Как же происходит сбыт потребительных благ? Для упрощения исследования допустим пока, что весь рабочий класс живет в фабричных квартирах (т. е. в квартирах, принадлежащих промышленным капиталистам) и покупает все необходимое только в фабричных лавках (т. е. лавках, принадлежащих промышленным капиталистам). В этом случае все произведенные средства потребления попадают в руки промышленных капиталистов, при чем одна часть потребляется ими самими, а другая часть продается ими рабочим.

В первом году стоимость товаров, произведенных в отраслях, производящих потребительные блага, составляет 180 000. Из этих товаров часть применяется в самих отраслях, производящих потребительные блага. Прежде всего сами капиталисты этих отраслей потребляют товаров стоимостью в 37 500. Сверх того, капиталисты отраслей, производящих потребительные блага, должны сбыть часть своих товаров своим фабричным лавкам, чтобы продать их рабочим сферы II. Как велика должна быть эта часть? В первом году доход рабочих в II составлял 50 000, во втором году он будет составлять 51 333. Следовательно, капиталисты II должны из продукта первого года 51 333 передать в свои фабричные лавки, дабы запас, предназначенный для пропитания рабочих во втором году, был уже заготовлен. Таким образом из продукта сферы II внутри самой этой сферы было сбыто 37 500 + 51 333 = 88 833.

Капиталисты отраслей, производящих средства производства, должны покупать товары у отраслей, производящих потребительные блага. Для своего собственного потребления они нуждаются в товарах стоимостью в 37 500. Кроме того, они должны купить товары для своих фабричных лавок. Доход рабочих сферы I составляет в первом году 50 000. Прибавлением сюда накопленной части прибавочной стоимости он во втором году повышается до 52 500. Таким образом, капиталисты I должны в первом году купить для своих фабричных лавок 52 500 из годового продукта, чтобы эти лавки могли покрыты потребности рабочих I. Вся потребность капиталистов, производящих средства производства, в потребительных благах составляет, следовательно, 37 500 + 52 500 = 90 000.

Наконец, капиталисты II затрачивают часть накопленной ими прибавочной стоимости на постройку новых предприятий, производящих средства производства. Эти предприятия также должны устроить фабричные лавки. Эти последние должны купить часть потребительных благ, произведенных в первом году, чтобы они могли покрыть потребности рабочих, занятых в этих предприятиях во втором году. Они покупают потребительных благ стоимостью в 1 167.

Итак, потребительные блага, произведенные в первом году, сбываются следующим образом:

1. Капиталистам отраслей, производящих средства производства:
a) для их собственного потребления 37 500
b) для фабричных лавок 52 500
Итого 90 000
2. Капиталистам отраслей, производящих потребительные блага:
a) для их собственного потребления 37 500
b) для фабричных лавок в II 51 333
c) для фабричных лавок в I 1 167
Итого 90 000

Следовательно, вся товарная масса, произведенная в сфере II, также сбывается. Вместе с тем мы видим из данного изложения, что капиталисты отраслей, производящих потребительные блага, покупают у отраслей, производящих средства производства, этих последних стоимостью в 90 000 и продают им потребительных благ на ту же стоимость. Обращение между обеими сферами заключается в том, что потребительные блага стоимостью в 90 000 обмениваются на средства производства той же стоимости. Таким образом оказывается реализованной стоимость всего продукта обеих сфер, следовательно, и вся прибавочная стоимость.

Мы предполагали до сих пор, что продажа товаров производится самими промышленными капиталистами, что промышленные капиталисты сами делают запасы товаров и продают их рабочим. Но в существе всего процесса ничего не изменится, если эта функция будет перенесена на особый капитал: если на место товарного капитала промышленных капиталистов станет товарно-торговый капитал. В этом случае имеют место следующие изменения: во-первых, вместо фабричных лавок товары покупаются купцами; во-вторых, часть товарного капитала находится не в руках промышленных капиталистов, а в руках купцов: первые делятся с последними своей прибавочной стоимостью, и по мере того, как это происходит, вместо спроса на товары, предъявляемого промышленными капиталистами, выступает спрос со стороны купцов. Совокупная потребительная сила общества этим обстоятельством совершенно не затрагивается. Вся прибавочная стоимость реализуется в этом случае.

Руководствуясь таблицей IV, можно подобным же образом убедиться в том, что стоимость всего продукта обеих сфер сбывается без затруднений не только в первом году, но и в каждом из последующих годов, что реализуется и совокупная прибавочная ценность. Следовательно, допущение товарища Люксембург, что накопленная часть прибавочной стоимости не может быть реализована, — не верно. Как же это возможно, что товарищ Люксембург пришла к этому ложному утверждению?

Мы допустили, что капиталисты уже в первом году покупают те средства производства, которые приводятся в движение приростом рабочего населения во втором году, и что капиталисты уже в первом году покупают те потребительные блага, которые они продают приросту рабочего населения во втором году, что, следовательно, часть продукта труда первого года покупается с тем, чтобы дать ей применение, как добавочному производительному капиталу, во втором году. Если бы мы не сделали этого допущения, то реализация прибавочной стоимости, произведенной в этом году, действительно, была бы невозможна. Тогда были бы проданы:

Из средств производства:
для обновления постоянного капитала в I 120 000
для обновления постоянного капитала в II 80 000
Итого 200 000
Из потребительных благ:
капиталистам I 37 500
рабочим I 50 000
капиталистам II 37 500
рабочим II 50 000
Итого 175 000

В этом случае, действительно, не поддаются сбыту средства производства стоимостью в 20 000 и потребительные блага стоимостью в 5 000. В действительности как раз часть прибавочной стоимости (α + β), предназначенная для накопления, не могла бы быть реализована.

Роза Люксембург полагает, что накопленная часть прибавочной стоимости не может быть реализована. В первом году она действительно не реализуется, раз вещественные элементы добавочного производительного капитала (новые рабочие помещения, машины, сырье, потребительные блага для прироста количества рабочих) покупаются лишь во второму году. Но в конце концов они все же должны быть куплены если не в первом, то во втором году, ибо без них расширение производственного аппарата, т. е. производительное приложение вновь образовавшегося капитала, невозможно. И лишь только они покупаются, как реализуется до сих пор еще скрытая часть прибавочной стоимости, произведенной в первом году.

Сам Маркс представляет кругооборот капитала следующим образом:

​ Д — Т \(\left\{\begin{matrix}\text{Сп.}\\\text{Р}\\\end{matrix}\right.\\\) . . . . . П . . . . Т1 — Д1

Разложим \(\text{Т}_1\) на три части: \(\text{Т} + \text{т} + \text{т}_1\), где \(\text{Т}\) равно издержкам производства \((с + v)\), \(\text{т}\) — потребленной части и \(\text{т}_1\) — накопленной части прибавочной стоимости. Тогда мы получим следующую картину:

\[ \text{Д—Т}\left\{\begin{matrix}\text{Сп.}\\\text{Р}\\\end{matrix}\right.\text{. . . . П . . . . }=\begin{pmatrix}\text{Т}\\{+}\\\text{т}\\{+}\\\text{т}_1\\\end{pmatrix}—\begin{pmatrix}\text{Д}\\{+}\\\text{д}\\{+}\\\text{д}_1\\\end{pmatrix} \]

По окончании процесса производства, кругооборот распадается на три частичных процесса. Разумеется, может случиться, что время, необходимое для превращения произведенных товаров в деньги, различно для каждого из трех частичных процессов. Пока закончен лишь процесс \(\text{Т—Д}\), вообще еще нет никакой прибавочной стоимости, реализованы только издержки. Когда закончен процесс \(\text{(Т+т)—(Д+д)}\), реализована лишь потребленная, а не накопленная часть прибавочной стоимости. Накопленная часть прибавочной стоимости может быть реализована лишь в тот момент, когда \(\text{т}_1\) превратилось в \(\text{д}_1\), т. е. когда проданы те товары, в которых овеществлена подлежащая накоплению часть прибавочной стоимости, те товары, которые образуют материальные элементы добавочного производительного капитала следующего периода производства.

Итак, случай реализации только потребленной, а не накопленной части прибавочной стоимости, действительно, может иметь место: он наступает тогда, когда \(\text{(Т+т)}\) уже превратилось в \(\text{(Д+д)}\), но \(\text{т}_1\), еще не превратилось в \(\text{д}_1\). Но этот случай является лишь преходящей фазой во всем кругообороте. По мере того, как происходит производительное приложение вновь образованного капитала, реализуется и накопленная часть прибавочной стоимости. Следовательно, если \(\text{(Т+т)}\) превратилось в \(\text{(Д+д)}\) уже в первом году, в то время как \(\text{т}_1\), произведенное в том же году, может быть превращено в \(\text{д}_1\) лишь в следующем году, то в первом году реализуется, конечно, лишь потребленная часть прибавочной стоимости; часть прибавочной стоимости, произведенная в первом году и предназначенная для накопления, не остается, однако, нереализованной: она также реализуется, но лишь в течение второго года.

Прибавочный продукт, произведенный в первом году, состоит из двух частей: во-первых, из потребительных благ для капиталистов и, во-вторых, из материальных элементов добавочного производительного капитала. Когда продана первая составная часть, то реализована потребленная часть прибавочной стоимости; когда продана вторая составная часть, то реализована накопленная часть прибавочной стоимости. Невозможно сперва реализовать часть прибавочной стоимости α и затем только создать потребительные блага для капиталистов; реализация как раз и совершается в продаже первой составной части прибавочного продукта. Столь же невозможно сперва реализовать часть прибавочной стоимости (α + β) и затем только покупать материальные элементы добавочного производительного капитала; реализация (α + β) как раз и совершается в продаже второй составной части прибавочного продукта. Следовательно, нет ничего странного в том, что Роза Люксембург не может реализовать в первом году (α + β), раз она принимает, что капиталисты покупают материальные элементы добавочного производительного капитала лишь во втором году. Реализация (α + β) и производительное применение прибавочного продукта, в котором овеществлено (α + β) — две стороны одного и того же явления, они могут произойти только одновременно.

Вся трудность возникает лишь тогда, если принять, что время продажи товаров, в которых воплощена накопленная часть прибавочной стоимости, длиннее времени продажи остальных товаров. В действительности время оборота отдельных капиталов и его расчленение на время покупки, производства и продажи весьма различны. Чтобы представить воспроизводство капитала в простой схеме, Маркс должен был отвлечься от этих различий и принять, что годовой продукт сбывается в пределах года. Но если мы даже не обратим внимания на эту предпосылку марксовой схемы, мы все же не пришли бы ни к какому другому результату, как к той не неожиданной истине, что часть прибавочной стоимости, произведенной в одном году, реализуется лишь в течение следующего года.

Товарищ Люксембург думает, что товары, в которых воплощено (α + β), должны быть проданы вне капиталистического мира, чтобы была возможна реализация овеществленной в них прибавочной стоимости. Но что же это за товары? Ведь это — те средства производства, которые нужны капиталистам для расширения их производственного аппарата, и те потребительные блага, которые употребляются на прокормление прироста рабочего населения. Если бы эти товары были выброшены за пределы капиталистического мира, то в следующем году вообще не было бы возможно никакое производство в расширенном масштабе; нельзя было бы произвести ни средств производства, необходимых для расширения производственного аппарата, ни средств существования, необходимых для прокормления возросшего количества рабочих. Исключение этой части прибавочного продукта из капиталистического рынка не только сделало бы возможным накопление, как думает Роза Люксембург, напротив того, оно сделало бы невозможным всякое накопление.

В действительности и накопленная часть прибавочной стоимости реализуется в капиталистическом обществе. Реализация происходит, конечно, шаг за шагом, постепенно. Так, например, средства существования, которые употребляются для прокормления добавочных рабочих во втором году, как правило, производятся и продаются производителями крупно-торговому капиталу уже в первом году; стало быть, часть прибавочной стоимости, овеществленная в этих средствах существования, реализуется уже в первом году. Реализация другой части этой прибавочной стоимости происходит лишь в течение второго года, вместе с продажей этих средств существования крупными торговцами мелким и этими последними рабочим. Поскольку это так наша схема дает подлинную картину действительности. Всех частностей этого процесса схема обнять, конечно, не может. Хотя кругообороты отдельных капиталов поглощают и перекрещивают друг друга, но факт остается: реализация (α + β) и производительное приложение вновь образованного капитала происходят одновременно, иначе говоря, первая совершается во втором и посредством него. В этом смысле наша схема является верным отражением действительности. Это доказывает, что и часть прибавочной стоимости, подлежащая накоплению, реализуется в самой капиталистической сфере.

Недостаточное накопление и перенакопление

Наша схема (таблица IV) предполагает, во-первых, что количество рабочих возрастает ежегодно на 5%, во-вторых, что переменный капитал возрастает в такой же пропорции, что и количество рабочих, и, в-третьих, что постоянный капитал растет настолько быстрее переменного, насколько этого требует технический прогресс. При этих предпосылках нет ничего удивительного, что в реализации прибавочной стоимости не возникает никаких затруднений. Потребительная сила рабочих растет в этом случае с такой же быстротой, как их численность. Потребительная сила капиталистов возрастает столь же быстро, так как с количеством рабочих возрастает и масса прибавочной стоимости. Потребительная сила всего общества растет, следовательно, с такой же быстротой, как стоимость, воплощенная в продукте. Накопление не вносит в это никаких изменений; оно лишь означает, что требуется меньше потребительных благ, но больше средств производства, чем при простом воспроизводстве. Расширение поля производства, составляющее предпосылку накопления, дано здесь ростом населения.

Однако, это состояние равновесия между накоплением и ростом населения может сохраниться лишь в том случае, если норма накопления повышается с такой быстротой, что переменный капитал, несмотря на увеличение органического состава капитала, растет так же быстро, как население (таблица III). Если возрастание нормы накопления отстает от требуемой величины, то рост переменного капитала отстает от увеличения ищущего работы населения. Состояние, которое наступает при этом, мы можем назвать состоянием недостаточного накопления (или недонакопления — Unterproduction).

Первым следствием недостаточного накопления является образование промышленной резервной армии. Часть прироста населения остается безработной. Безработные пролетарии оказывают давление на заработную плату. Заработная плата падает, норма прибавочной стоимости возрастает. Так как в обществе, состоящем только из капиталистов и пролетариев, безработные пролетарии не могут найти никакого иного дохода, кроме заработной платы, то последняя будет до тех пор падать, а норма прибавочной стоимости до тех пор возрастать, пока все рабочее население найдет занятия, несмотря на относительно уменьшившуюся величину переменного капитала. Изменившееся распределение стоимости продукта, которое вследствие этого наступает, вызвано тем фактом, что с возрастанием органического состава капитала, в котором находит свое выражение технический прогресс, падает стоимость рабочей силы и образуется, следовательно, относительная прибавочная стоимость.

Если норма прибавочной стоимости повышается, то при неизменной норме накопления увеличивается и подлежащая накоплению часть прибавочной стоимости. Возрастает, следовательно, и масса прибавочной стоимости, которая идет на увеличение переменного капитала. Ее возрастание должно идти по указанному пути до тех пор, пока снова не восстановится равновесие между ростом переменного капитала и ростом населения.

Я называю отношение накопленной части прибавочной стоимости во всей прибавочной стоимости капиталистической нормой накопления, а отношение накопленной части прибавочной стоимости к стоимости всего продукта (переменный капитал + прибавочная стоимость) — общественной нормой накопления6. Механизм, посредством которого все снова и снова уничтожается недостаточное накопление, мы можем таким образом представить в следующем виде: если общественная норма накопления слишком мала, то возникает промышленная резервная армия; заработная плата падает; норма прибавочной стоимости подымается: вследствие этого возрастает также — даже при неизменной капиталистической норме накопления — общественная норма накопления, ибо при равной капиталистической норме накопления общественная норма накопления возрастает вместе с нормой прибавочной стоимости. Под давлением промышленной резервной армии, норма прибавочной стоимости, а вместе с ней и общественная норма накопления возрастают до тех пор, пока последняя не будет достаточно велика, чтобы, несмотря на возрастание органического состава, увеличить переменный капитал столь же быстро, как и рабочее население. Когда это имеет место, промышленная резервная армия рассасывается, и равновесие между накоплением и ростом населения снова восстанавливается.

Итак, капиталистический способ производства в самом себе несет механизм, который снова согласовывает накопление, отстающее от роста населения, с этим ростом. Но это согласование происходит за счет рабочего класса. Оно осуществляется путем повышения нормы эксплуатации. Прогресс к более высокому органическому составу капитала все снова и снова вызывает недостаточное накопление; возрастанием нормы прибавочной стоимости оно снова и снова преодолевается. Оно является периодически возвращающеюся, но все же лишь преходящей фазой промышленного цикла.

Если общественная норма накопления возрастает, то она, в конце концов, достигает такого пункта, когда переменный капитал растет быстрее, чем народонаселение. Состояние, которое наступает в этом случае, мы называем состоянием перенакопления; но, подобно недостаточному накоплению, и перенакопление является все же лишь преходящей фазой промышленного цикла.

Маркс описывает состояние перенакопления следующим образом: «Если бы капитал возрос по сравнению с рабочим населением настолько, что нельзя было бы ни удлинить абсолютное рабочее время, доставляемое этим населением, ни расширить относительное прибавочное рабочее время (последнее, помимо того, было бы невыполнимо при тех обстоятельствах, когда спрос на труд столь значителен, следовательно, когда существует тенденция к повышению заработной платы), т. е. если бы возросший капитал производил лишь такую или даже меньшую массу прибавочной стоимости, чем до своего увеличения, то оказалось бы абсолютное перепроизводство капитала, т. е. возросший капитал \(K + ΔK\) произвел бы прибыли не больше или даже меньше, чем капитал \(K\) до своего увеличения на \(ΔK\). В обоих случаях произошло бы сильное и внезапное понижение общей нормы прибыли, но на этот раз вследствие такой перемены в составе капитала, причиной которой было бы не развитие производительной силы, но повышение денежной стоимости переменного капитала (вследствие повышения заработной платы) и соответствующее ему уменьшение отношения прибавочного труда к необходимому труду»7. Этот пункт обозначает абсолютную границу накопления. Если он достигнут, то согласование накопления с приростом населения осуществляется через опустошительный кризис с бездействием колоссальных капиталов, с массовым разрушением ценностей и с быстрым падением нормы прибыли.

В действительности согласование может произойти еще раньше, чем достигнута абсолютная граница, описанная Марксом. Если норма накопления слишком велика, то промышленная резервная армия быстро рассасывается, заработная плата поднимается, норма прибавочной стоимости падает, вместе с ней падает общественная норма накопления, а уже вследствие этого снова замедляется рост переменного капитала. Уже вследствие этого может произойти согласование накопления с приростом населения.

Кроме того, норма прибыли при состоянии перенакопления понижается очень быстро. Вследствие прогрессирования к более высокому органическому составу капитала, норма прибыли падает даже тогда, когда между накоплением и ростом населения существует равновесие. Она падает еще быстрее, когда прогресс к более высокому органическому составу совпадает с падением нормы прибавочной стоимости, что имеет место в случае перенакопления. «Кризис наступает в тот момент, когда только что описанные тенденции к понижению нормы прибыли одерживают победу над тенденциями, которые приводили к повышению цены и прибыли вследствие возрастания спроса»8. Во время кризиса и следующей за ним промышленной депрессии, накопление существенно замедляется: рост переменного капитала теперь опять отстает от роста населения.

Следовательно, и перенакопление, подобно недостаточному накоплению, все снова и снова устраняется самим механизмом капиталистического способа производства. При капиталистическом способе производства существует тенденция к приспособлению накопления капитала к росту населения. Это приспособление достигается, лишь только переменный капитал увеличивается столь же быстро, как и рабочее население, а постоянный капитал настолько быстрее, насколько этого требует развитие производительной силы. В социалистическом обществе общественные органы, направляющие производство, сознательно и планомерно заботились бы о том, чтобы рост общественного производственного аппарата был бы согласован с ростом населения. В капиталистическом обществе это согласование также должно произойти, но оно может здесь произойти не иначе, как через посредство крупных кризисов с безработицей, понижением заработной платы и возрастающей эксплуатацией — с одной стороны, и бездействия капитала, разрушения стоимостей и падающей нормы прибыли — с другой стороны.

Тенденция к согласованию накопления с ростом населения господствует над международными отношениями. Страны с длящимся перенакоплением прилагают большую и все возрастающую часть накопляемой в каждом году прибавочной стоимости за границей. Таковы, например, Франция и Англия. Страны с длящимся недостаточным накоплением привлекают к себе капитал из-за границы и снабжают последнюю рабочей силой. Таковы, например, аграрные страны Восточной Европы. Увеличение производительного капитала в самой стране всегда остается ограниченным ростом находящегося в его распоряжении рабочего населения: переменный капитал не может долгое время возрастать быстрее, чем население; постоянный может расти быстрее переменного лишь в пропорции, определенной степенью развития производительных сил. Отсюда становится понятным и волнение капиталистов по поводу уменьшения количества рождений: замедление прироста населения суживает границы, которые поставлены росту их капитала.

Если рассматривать капиталистическое мировое хозяйство, как целое, то тенденция к согласованию накопления с ростом населения проявляется в промышленном цикле. Высокая конъюнктура есть перенакопление. Оно само себя уничтожает в кризисе. Следующая за последним депрессия есть недостаточное накопление. Депрессия сама себя уничтожает тем, что создаст условия для возврата к высокой конъюнктуре. Периодическое возвращение расцвета, кризиса и депрессия является эмпирическим выражением того факта, что механизм капиталистического способа производства самостоятельно уничтожает перенакопление и недостаточное накопление, что накопление капитала все снова и снова приспособляется к росту населения.

Отдельный капиталист думает, что величина «сберегаемой» им части прибавочной стоимости зависит только от степени его «воздержания». В действительности капиталисты при каждом кризисе убеждаются в том, что их накоплению поставлены объективные границы, что капитал лишь настолько может увеличиться, насколько общество может расширять свой производственный аппарат. На данной ступени развития производительных сил объективные границы накопления определяются ростом рабочего населения. Накопление предполагает расширение поля производства, а поле производства расширяется вследствие роста населения. «Размножение населения выступает в качестве основы накопления, как постоянного процесса»9. Если бы рост населения вообще прекратился, то переменный капитал долго увеличиваться не мог бы: накопление было бы тогда возможно лишь постольку, поскольку развитие производительных сил требует добавочного постоянного капитала, чтобы дать занятия количественно неизменившейся массе рабочих.

Товарищ Люксембург знает, что накоплению капитала поставлены объективные границы. Но она определяет эти границы неправильно. Товарищ Люксембург полагает, что в капиталистическом обществе, которое не могло бы сбывать своих товаров в крестьянские или мелкобуржуазные районы, накопление капитала было бы вообще невозможно. Этот взгляд неверен. Каждое общество с растущим населением должно расширять свой производственный аппарат. Расширение производственного аппарата при капиталистическом способе производства принимает особую форму накопления капитала. Это накопление совершается беспрепятственно, пока оно только остается в определенном количественном отношении, с одной стороны, к росту населения, с другой стороны, — к развитию производительной силы, которая выражается в прогрессе к более высокому органическому составу капитала. Конечно, развитие все снова и снова выводит накопление за пределы этих границ, но накопление все снова и снова вводится в свои границы благодаря периодически возвращающимся хозяйственным кризисам. Результат нашего исследования состоит, стало быть, в следующем: во-первых, накопление капитала возможно и в изолированном капиталистическом обществе, поскольку оно только не выходит за пределы данных в соответствующее время границ; во-вторых, оно самостоятельно возвращается к этой границе благодаря самому механизму капиталистического способа производства.

Как апологию капитализма, эту трактовку вопроса рассматривать нельзя. Ибо в то время, как апологеты капитала хотят доказать безграничность накопления (вместе с производством возрастает автоматически и потребительная сила), мы вскрываем границы, которые поставлены накоплению. В то время, как апологеты хотят доказать невозможность общих кризисов, мы показываем, что законы накопления могут осуществляться не иначе, как через общие кризисы, в результате которых наступают безработица, понижение заработной платы, увеличивающаяся нищета масс, растущее озлобление и возмущение рабочего класса.

Объяснение империализма

Товарищ Люксембург объясняет империализм следующим образом. В изолированном капиталистическом обществе превращение прибавочной стоимости в капитал было бы невозможно. Оно становится возможным потому, что класс капиталистов постоянно расширяет свой рынок для сбыта той части прибавочного продукта, в которой воплощена накопленная часть прибавочной стоимости, в страны, еще не производящие капиталистически. Для этой цели служит империализм.

Это объяснение, как мы видим, не верно. Накопление возможно и необходимо и в изолированном капиталистическом обществе. И часть прибавочного продукта, воплощенная в накопленной части прибавочной стоимости, не может быть продана крестьянству и мелкой буржуазии колоний, потому что она нужна в своей капиталистической родине для расширения производственного аппарата.

Но в этом неправильном объяснении все же скрыто здоровое зерно истины. Если накопление в изолированном капиталистическом обществе не невозможно, то оно все же имеет свои границы. Империализм, действительно, служит для расширения этих границ.

Прежде всего накопление ограничено ростом рабочего населения. А империализм в колоссальных размерах увеличивает рабочую массу, вынужденную продавать капиталу свою рабочую силу. Он действует в этом направлении, разрушая старые способы производства колониальных областей и вынуждая этим самым миллионы людей либо эмигрировать в капиталистические страны, либо порабощать себя на собственной родине прилагаемому там европейскому или американскому капиталу. Так как величина накопления при данном органическом составе капитала определена ростом наличного рабочего населения, то империализм, действительно, есть средство расширения границ накопления.

Наряду с ростом населения, величина накопления определяется развитием производительных сил, прогрессом к более высокому органическому составу. Это развитие также может быть усилено империализмом, во-первых, потому, что он усиливает, главным образом, развитие отраслей производства с выше, чем средним, органическим составом капитала; во-вторых, потому, что он доставляет капиталу материальные элементы производства, находящиеся вне его родины, и сильно способствует этим самым развитию производительных сил и росту производительности труда.

Согласование накопления и роста населения осуществляется в периодических кризисах. При каждом кризисе огромные массы товаров остаются непроданными, и значительная часть производительного капитала лежит без всякого движения. Преодоление кризисов облегчается, если удается выбросить большие массы товаров на новые рынки. Эту возможность также пытается доставить капиталу империализм.

Итак, если империализм не есть средство, которое вообще делает возможным накопление, то это все же средство, чтобы раздвинуть его границы и облегчить преодоление кризисов, возникающих периодически от перенакопления. Это стремление, действительно, есть один из корней империализма, но не единственный корень его.

По мнению товарища Люксембург, капитализм вообще не мог бы существовать без непрерывной экспансии. Если расширению его рынков поставлены пределы, то он не может реализовать большую часть прибавочной стоимости. Он сам собою падает.

На наш взгляд, капитализм мыслим и без экспансии. Но без экспансии или с экспансией, — капитализм все равно идет к своей собственной гибели. Если экспансия для него возможна, то он приводит в возмущение рабочие массы вооружениями, растущим налоговым гнетом, военными катастрофами. Если пути к экспансии ему заказаны, то границы накопления суживаются, кризисы становятся более частыми, более длительными и более опустошительными. Как в том, так и в другом случае все возрастающая часть народных масс приходит к сознанию, что ее жизненные интересы несоединимы с дальнейшим существованием капиталистического способа производства.

Капитализм разобьется не о механическую невозможность реализовать прибавочную стоимость. Он падет от восстания, на которое он толкает народные массы. Капитализм рухнет не тогда, когда последний крестьянин и последний мелкий буржуа будут на всем земном шаре превращены в наемных рабочих и когда, следовательно, для капитализма не останутся больше добавочные рынки: нет, он падет гораздо раньше от все возрастающего «возмущения рабочего класса, непрерывно увеличивающегося, вышколенного, объединенного и организованного самым механизмом капиталистического процесса производства».


  1. «Neue Zeit» 1912/13, В. I. 

  2. Вышла в 1921 г. на русском языке, в переводе Ш. Дволайцкого. 

  3. Эти числа получены следующим образом: во втором году стоимость продукта отраслей, производящих потребительные блага, составляет \(c + v + m = 188\ 000\). Так как норма прибавочной стоимости \(100\%\), т. е. \(v = m\), то: \(c + 2v = 188\ 000\). Прирост постоянного капитала в производстве потребительных благ с первого года на второй составляет: \(c - 80\ 000\); прирост переменного капитала: \(v - 50\ 000\). Если одинаковая часть от \(α\) и от \(β\); переносится в отрасль, производящую средства производства, то мы получаем: \((c - 80\ 000) : (v - 50\ 000) = 10\ 000 : 2\ 500\). Решив эти уравнения, мы получаем \(v = 51\ 333\), \(c = 85\ 334\)

  4. В подлиннике, очевидно, ошибка: напечатано вместо Produktionsmittelindustrien — Konsumtionsmittelindustrien. Прим. peд

  5. В подлиннике, очевидно, опечатка: вместо Konsumtionsgüter напечатано Produktionsgüter. Прим. ред

  6. Там, где я до сих пор говорил о норме накопления, я всюду имел в виду капиталистическую норму накопления. 

  7. Маркс, «Капитал», т. III, ч. I. Москва, 1907 г., стр. 227. 

  8. Гильфердинг. «Финансовый капитал», Москва, 1918, стр. 380. 

  9. Marx, «Theorien über den Mehrwert», II, 2, стр. 224.