ПРЕДМЕТ ПОЛИТИЧЕСКОЙ ЭКОНОМИИ В СОВРЕМЕННЫХ СПОРАХ

Григорий Деборин

Свое­об­раз­ная исто­ри­че­ская эпо­ха, ныне нами пере­жи­ва­е­мая, — эпо­ха гран­ди­оз­ных побед и зна­чи­тель­ных труд­но­стей, геро­и­че­ско­го наступ­ле­ния и посте­пен­но­го хозяй­ствен­но­го раз­вер­ты­ва­ния, эпо­ха соци­а­ли­сти­че­ско­го стро­и­тель­ства в усло­ви­ях капи­та­ли­сти­че­ско­го окру­же­ния, — спо­соб­ству­ет появ­ле­нию все­воз­мож­ных идео­ло­ги­че­ских шата­ний сре­ди неустой­чи­вых эле­мен­тов рабо­че­го клас­са наше­го Сою­за и его пар­тии. Отход от основ­ных прин­ци­пов марк­сиз­ма-лени­низ­ма наблю­да­ет­ся не толь­ко в отно­ше­нии эко­но­ми­че­ской поли­ти­ки, но так­же и в сфе­ре обще­ствен­ных наук. В обла­сти фило­со­фии, в исто­рии, в тео­рии лите­ра­ту­ры и в дру­гих нау­ках заме­ча­ет­ся ряд выступ­ле­ний, истин­ная сущ­ность кото­рых зача­стую весь­ма уме­ло скры­та и искус­но зату­ше­ва­на.

Поли­ти­че­ская эко­но­мия, в лице ее совре­мен­ных пред­ста­ви­те­лей, не жела­ет оста­вать­ся в сто­роне от вели­ких собы­тий сего­дняш­не­го дня. Здесь так­же наблю­да­ет­ся посте­пен­ное сфор­ми­ро­ва­ние неболь­шой групп­ки «защит­ни­ков» Марк­са и марк­сиз­ма, кото­рая, бла­го­по­луч­но завер­шив утроб­ный пери­од сво­е­го раз­ви­тия, посте­пен­но начи­на­ет выби­рать­ся на широ­кую доро­гу совет­ской печа­ти и пуб­лич­ных дис­кус­сий. Не высту­пая непо­сред­ствен­но и откры­то про­тив поли­ти­че­ской эко­но­мии Марк­са, наши «пра­во­вер­ные» эко­но­ми­сты избра­ли, на сей раз, объ­ек­том сво­е­го бес­по­щад­но­го напа­де­ния И. Руби­на, не заме­чая, в про­сто­те душев­ной, что отрав­лен­ные стре­лы их сокру­ши­тель­ной кри­ти­ки попа­да­ют совсем не в того, про­тив кого они направ­ле­ны. Вме­сто того, что­бы кри­ти­ко­вать то неточ­ное и непра­виль­ное, что ино­гда встре­ча­ет­ся в рабо­тах тов. Руби­на, вме­сто того, что­бы помочь ему пре­одо­леть эти непра­виль­но­сти, они пыта­ют­ся иска­зить Марк­са в трак­тов­ке основ­ных эко­но­ми­че­ских вопро­сов и про­блем, в част­но­сти пред­ме­та поли­ти­че­ской эко­но­мии, уме­ло при­кры­ва­ясь него­ду­ю­щи­ми выкри­ка­ми по адре­су тов. Руби­на.

Дело обсто­я­ло более или менее бла­го­по­луч­но до тех пор, пока наши «рев­ни­те­ли марк­сиз­ма» огра­ни­чи­ва­лись крат­ки­ми заме­ча­ни­я­ми полу-рецен­зент­ско­го, полу-руга­тель­но­го харак­те­ра. Но, «чем даль­ше в лес, тем боль­ше дров». Неумо­ли­мые инте­ре­сы борь­бы выну­ди­ли «анти­ру­би­ни­стов» перей­ти от крат­ких ука­за­ний к широ­ко­му обос­но­ва­нию сво­ей кон­цеп­ции. И тут, в пер­вой же ста­тье, откры­ва­ю­щей собою, по-види­мо­му, целый «кре­сто­вый поход», мы нахо­дим совер­шен­но непра­виль­ное, реви­зи­о­нист­ское пони­ма­ние пред­ме­та поли­ти­че­ской эко­но­мии, несмот­ря на то, что более чем осто­рож­ный автор ста­тьи вся­че­ски ста­рал­ся огра­ни­чить­ся голой кри­ти­кой, цело­муд­рен­но избе­гая выявить поло­жи­тель­ную часть сво­ей точ­ки зре­ния. Послед­нее обсто­я­тель­ство при­во­дит к тому, что кон­цеп­цию авто­ра при­хо­дит­ся выужи­вать, в бук­валь­ном смыс­ле сло­ва, по кро­хам.

В насто­я­щей ста­тье мы отнюдь не ста­вим себе зада­чей оправ­дать или защи­тить тов. Руби­на от кава­ле­рий­ских наско­ков совре­мен­ных кри­ти­ков Марк­са. С этой зада­чей он и сам спра­вит­ся. С дру­гой сто­ро­ны, про­де­лы­ва­е­мая им боль­шая науч­но-иссле­до­ва­тель­ская рабо­та по ком­мен­ти­ро­ва­нию и углуб­лен­но­му изу­че­нию Марк­са в осо­бой реко­мен­да­ции не нуж­да­ет­ся. Наша зада­ча сво­дит­ся толь­ко к тому, что­бы поста­рать­ся пока­зать насто­я­щий харак­тер совре­мен­ных спо­ров в обла­сти тео­ре­ти­че­ской эко­но­мии, выявить их реви­зи­о­нист­ское суще­ство. Исхо­дя из это­го, мы, в обла­сти взя­то­го нами вопро­са, огра­ни­чим­ся раз­бо­ром неко­то­рых основ­ных поло­же­ний, не сле­дуя за все­ми изги­ба­ми при­чуд­ли­вой мыс­ли «кри­ти­ка». Вме­сте с тем, мы не будем осо­бо оста­нав­ли­вать­ся на его поле­ми­че­ских при­е­мах, заклю­ча­ю­щих­ся в наро­чи­том, созна­тель­ном иска­же­нии мыс­ли про­тив­ни­ка, «неча­ян­ном» про­пус­ке при цити­ро­ва­нии тех или иных отдель­ных слов и, нако­нец, в пред­на­ме­рен­ной пере­ста­нов­ке слов и выра­же­ний, изме­ня­ю­щих весь смысл при­во­ди­мых цитат.

* * *

Ста­тья тов. С. Бес­со­но­ва[1] начи­на­ет­ся тези­са­ми, выстав­лен­ны­ми ее авто­ром на про­шло­год­ней дис­кус­сии в Инсти­ту­те Крас­ной Про­фес­су­ры, кото­рые теперь при­во­дят­ся, оче­вид­но, для само­оправ­да­ния, а так­же для демон­стри­ро­ва­ния сво­е­го «бла­го­род­ства» по отно­ше­нию к И. Руби­ну. Толь­ко со вто­рой глав­ки сво­ей ста­тьи тов. С. Бес­со­нов пере­хо­дит к сути дела, при­сту­па­ет к выяс­не­нию пред­ме­та поли­ти­че­ской эко­но­мии. Здесь под сур­дин­ку кри­ти­ки тов. Руби­на авто­ром про­тас­ки­ва­ет­ся свое соб­ствен­ное опре­де­ле­ние, в кото­ром за рево­лю­ци­он­но-марк­сист­ской фра­зео­ло­ги­ей скры­ва­ет­ся реви­зия Марк­са, отход от пра­виль­но­го пони­ма­ния сущ­но­сти и задач поли­ти­че­ской эко­но­мии.

Кни­га тов. Руби­на, пред­став­ля­ю­щая собой объ­ект кри­ти­ки для тов. С Бес­со­но­ва, начи­на­ет­ся, как извест­но, с крат­ко­го «Вве­де­ния», в кото­ром опре­де­ля­ет­ся место поли­ти­че­ской эко­но­мии в систе­ме марк­сист­ских обще­ствен­ных наук, ее вза­и­мо­от­но­ше­ние с исто­ри­че­ским мате­ри­а­лиз­мом. Автор кни­ги под­чер­ки­ва­ет общее идей­ное род­ство этих двух основ­ных марк­сист­ских наук, заклю­ча­ю­ще­е­ся в том, что­бы обе они вме­сте взя­тые «вра­ща­ют­ся вокруг одно­го и того же основ­но­го вопро­са об отно­ше­нии меж­ду про­из­во­ди­тель­ны­ми сила­ми и про­из­вод­ствен­ны­ми отно­ше­ни­я­ми людей. Пред­мет изу­че­ния у них обо­их один и тот же: изме­не­ния про­из­вод­ствен­ных отно­ше­ний людей в зави­си­мо­сти от раз­ви­тия про­из­во­ди­тель­ных сил»[2]. Отме­чая эту общ­ность исто­ри­че­ско­го мате­ри­а­лиз­ма и поли­ти­че­ской эко­но­мии, И. Рубин не забы­ва­ет и про их раз­ли­чие, заклю­ча­ю­ще­е­ся в том, что поли­ти­че­ская эко­но­мия «изу­ча­ет про­из­вод­ствен­ные отно­ше­ния людей в капи­та­ли­сти­че­ском обще­стве»[3], чем она и отли­ча­ет­ся от исто­ри­че­ско­го мате­ри­а­лиз­ма, име­ю­ще­го свой, зна­чи­тель­но более обшир­ный объ­ект изу­че­ния.

Этот вполне понят­ный каж­до­му мыс­ля­ще­му чело­ве­ку диа­лек­ти­че­ский ход рас­суж­де­ний тов. Руби­на С. Бес­со­нов пыта­ет­ся пред­ста­вить как два раз­лич­ных про­ти­во­ре­ча­щих опре­де­ле­ния, ста­ра­ет­ся пол­но­стью отож­де­ствить поли­ти­че­скую эко­но­мию с исто­ри­че­ским мате­ри­а­лиз­мом, сте­реть вся­кое раз­ли­чие меж­ду ними, при­пи­сав обе­им этим нау­кам один и тот же объ­ект изу­че­ния. От счи­та­ет, что объ­ек­том изу­че­ния поли­ти­че­ской эко­но­мии явля­ет­ся мате­ри­аль­ное про­из­вод­ство и что обе сто­ро­ны это­го мате­ри­аль­но­го про­из­вод­ства: про­из­во­ди­тель­ные силы и про­из­вод­ствен­ные отно­ше­ния рав­но­прав­но изу­ча­ют­ся нашей нау­кой. Мы же счи­та­ем, и поста­ра­ем­ся это дока­зать, что подоб­ные утвер­жде­ния не толь­ко про­ти­во­ре­чат все­му содер­жа­нию работ Марк­са и Лени­на, но и сви­де­тель­ству­ют о пол­ней­шем непо­ни­ма­нии задач и отли­чи­тель­ных осо­бен­но­стей поли­ти­че­ской эко­но­мии. Упо­треб­ляя выра­же­ние тов. С. Бес­со­но­ва из его «тези­сов», мы ему ска­жем: если дава­е­мое в раз­би­ра­е­мой нами ста­тье пони­ма­ние задач и пред­ме­та поли­ти­че­ской эко­но­мии «ошиб­ка», от него сле­ду­ет отка­зать­ся. Если это точ­ка зре­ния — с ней надо реши­тель­но бороть­ся»[4]. К сожа­ле­нию, ста­тья С. Бес­со­но­ва дает все осно­ва­ния пред­по­ла­гать нали­чие вто­ро­го вари­ан­та.

Поли­ти­че­ская эко­но­мия Марк­са, несо­мнен­но, нахо­дит­ся в тес­ней­шей свя­зи («идей­ном род­стве», гово­рит тов. Рубин) с исто­ри­че­ским мате­ри­а­лиз­мом. Пред­став­ляя собой основ­ную марк­сист­скую обще­ствен­ную нау­ку, исто­ри­че­ский мате­ри­а­лизм вме­сте с поли­ти­че­ской эко­но­ми­ей изу­ча­ет, глав­ным обра­зом, вопрос об отно­ше­нии меж­ду про­из­во­ди­тель­ны­ми сила­ми и про­из­вод­ствен­ны­ми отно­ше­ни­я­ми. Зада­ча этих наук взя­тых вме­сте, свой­ствен­ный им обо­им общий пред­мет иссле­до­ва­ния (за выче­том спе­ци­фи­че­ских осо­бен­но­стей объ­ек­та каж­дой из этих наук, взя­тых обособ­лен­но), заклю­ча­ет­ся в том, что­бы изу­чить, каким обра­зом про­ис­хо­дит и осу­ществ­ля­ет­ся диа­лек­ти­че­ский про­цесс раз­ви­тия про­из­во­ди­тель­ных сил и соот­вет­ству­ю­щих им про­из­вод­ствен­ных отно­ше­ний, как эти отно­ше­ния, опре­де­ля­ясь про­из­во­ди­тель­ны­ми сила­ми, ока­зы­ва­ют на них, в свою оче­редь, обрат­ное воз­дей­ствие. Нако­нец, здесь иссле­ду­ет­ся так­же про­ти­во­ре­чие, кон­фликт, воз­ни­ка­ю­щий меж­ду про­из­во­ди­тель­ны­ми сила­ми и про­из­вод­ствен­ны­ми отно­ше­ни­я­ми, — кон­фликт, неми­ну­е­мо веду­щий к нис­про­вер­же­нию уста­ре­лой эко­но­ми­че­ской обо­лоч­ки. С дру­гой сто­ро­ны, исто­ри­че­ский мате­ри­а­лизм, как тако­вой, вклю­ча­ет в себя еще осо­бую весь­ма суще­ствен­ную часть, изу­ча­ю­щую соци­аль­но-поли­ти­че­скую и идео­ло­ги­че­скую сто­ро­ны обще­ствен­ной жиз­ни. Этот круг основ­ных и реша­ю­щих вопро­сов, затра­ги­ва­е­мых исто­ри­че­ским мате­ри­а­лиз­мом, и состав­ля­ет то «реаль­ное осно­ва­ние», на кото­ром воз­вы­ша­ет­ся все мно­го­слож­ное и широ­ко раз­ветв­лен­ное зда­ние марк­сист­ских обще­ствен­ных наук. Все эти отдель­ные нау­ки и «тео­рии», в силу общей им всем тео­ре­ти­че­ской осно­вы, явля­ю­щей­ся отра­же­ни­ем един­ства реаль­ной дей­стви­тель­но­сти, высту­па­ют в виде целост­но­го и моно­лит­но­го един­ства, в кото­ром все его части вза­им­но свя­за­ны и обу­слов­ле­ны ана­ло­гич­но тому, как вза­им­но свя­за­ны и обу­слов­ле­ны раз­лич­ные сто­ро­ны еди­но­го чело­ве­че­ско­го обще­ства.

Диа­лек­ти­че­ский мате­ри­а­лизм явля­ет­ся син­те­ти­че­ским ито­гом, охва­ты­ва­ю­щим всю сово­куп­ность резуль­та­тов чело­ве­че­ско­го позна­ния и прак­ти­ки в обла­сти при­ро­ды, обще­ства и мыш­ле­ния. Исто­ри­че­ский же мате­ри­а­лизм, будучи при­ло­же­ни­ем диа­лек­ти­че­ско­го мате­ри­а­лиз­ма к чело­ве­че­ско­му обще­ству, так­же пред­став­ля­ет собой сово­куп­ность резуль­та­тов, полу­ча­е­мых в ито­ге позна­ния и изу­че­ния это­го обще­ства, явля­ет­ся син­те­зом наук, изу­ча­ю­щих раз­лич­ные сто­ро­ны обще­ствен­ной жиз­ни. Поэто­му он иссле­ду­ет, глав­ным обра­зом, основ­ные дви­жу­щие зако­ны исто­ри­че­ско­го раз­ви­тия про­из­во­ди­тель­ных сил и соот­вет­ству­ю­щих им про­из­вод­ствен­ных отно­ше­ний. Он уста­нав­ли­ва­ет их сопод­чи­нен­ность, раз­би­ра­ет про­ти­во­ре­чия, воз­ни­ка­ю­щие в про­цес­се их раз­ви­тия и сов­мест­но­го дви­же­ния, оста­нав­ли­ва­ет­ся на изме­не­ни­ях в раз­лич­ных спо­со­бах обще­ствен­но­го про­из­вод­ства и их пери­о­ди­че­ских сме­нах. Ина­че гово­ря, исто­ри­че­ский мате­ри­а­лизм изу­ча­ет вза­и­мо­дей­ствие меж­ду все­ми сто­ро­на­ми обще­ствен­ной жиз­ни.

Пред­став­ляя собой осно­ву марк­сист­ских обще­ствен­ных наук, их все­объ­ем­лю­щее завер­ше­ние, исто­ри­че­ский мате­ри­а­лизм, есте­ствен­но, бази­ру­ет­ся на их раз­ви­тии, так как отдель­ные сто­ро­ны обще­ствен­ной жиз­ни, состав­ля­ю­щие пред­мет изу­че­ния этих наук, хотя им и затра­ги­ва­ют­ся, но, разу­ме­ет­ся, отнюдь не исчер­пы­ва­ют­ся. Подоб­ны­ми нау­ка­ми явля­ют­ся, напри­мер, тео­рия пра­ва и госу­дар­ства, тео­рия лите­ра­ту­ры, тео­рия искус­ства, исто­рия фило­со­фии и т. д. Все они берут толь­ко одну какую-нибудь сто­ро­ну мно­го­об­раз­ной обще­ствен­ной жиз­ни, под­вер­га­ют ее само­сто­я­тель­но­му изу­че­нию, абстра­ги­ру­ясь, в то же вре­мя, от дру­гих смеж­ных сто­рон, нахо­дя­щих­ся во вза­и­мо­от­но­ше­нии с изу­ча­е­мой. Конеч­но, подоб­ное абстра­ги­ро­ва­ние, отнюдь не озна­ча­ет отбра­сы­ва­ние смеж­ных сто­рон про­бле­мы, кото­рые все вре­мя пред­по­ла­га­ют­ся.

Так, напри­мер, тео­рия лите­ра­ту­ры изу­ча­ет толь­ко одну лишь лите­ра­ту­ру, не затра­ги­вая пра­ва и госу­дар­ства, про­из­вод­ствен­ных отно­ше­ний, про­из­во­ди­тель­ных сил и т. п., как не состав­ля­ю­щих непо­сред­ствен­но­го пред­ме­та ее иссле­до­ва­ния. И, в самом деле, никто ведь не может потре­бо­вать, что­бы тео­рия лите­ра­ту­ры изу­ча­ла все эти сто­ро­ны обще­ствен­ной жиз­ни. А, меж­ду тем, лите­ра­ту­ра все­це­ло опре­де­ля­ет­ся дан­ной соци­аль­но- поли­ти­че­ской над­строй­кой, ее отра­жа­ет. Без пони­ма­ния этой над­строй­ки, а вме­сте с тем и лежа­щих в ее осно­ве эко­но­ми­че­ских отно­ше­ний невоз­мож­но дать тео­рию лите­ра­ту­ры, невоз­мож­но ее изу­че­ние. И, тем не менее, ни соци­аль­но-поли­ти­че­ская, ни эко­но­ми­че­ская сто­ро­на обще­ствен­ной жиз­ни не могут вой­ти в объ­ект тео­рии лите­ра­ту­ры. Они при­вле­ка­ют­ся иссле­до­ва­те­лем толь­ко в каче­стве пред­по­сыл­ки дан­ной нау­ки, толь­ко постоль­ку, посколь­ку ими опре­де­ля­ет­ся харак­тер дан­но­го пред­ме­та иссле­до­ва­ния.

Во вся­кой нау­ке объ­ект непо­сред­ствен­но­го иссле­до­ва­ния дол­жен быть раз­ли­ча­ем от сопри­ка­са­ю­щих­ся с ним сто­рон, не вхо­дя­щих в пред­мет этой нау­ки, пред­став­ля­ю­щих собой объ­ект для дру­гих наук со сво­и­ми спе­ци­фи­че­ски­ми осо­бен­но­стя­ми. И этот путь извест­но­го раз­де­ле­ния тру­да меж­ду раз­лич­ны­ми само­сто­я­тель­ны­ми, но, вме­сте с тем, вза­им­но свя­зан­ным нау­ка­ми явля­ет­ся един­ствен­ным путем, веду­щим нас к наи­бо­лее пол­но­му и глу­бо­ко­му изу­че­нию объ­ек­тив­ной дей­стви­тель­но­сти. Науч­ное «позна­ние тре­бу­ет раз­ло­же­ния еди­но­го жиз­нен­но­го про­цес­са. Послед­ний настоль­ко сло­жен, что его необ­хо­ди­мо раз­ло­жить для изу­че­ния на неко­то­рые отдель­ные ряды явле­ний»[5]. Мы долж­ны чет­ко раз­ли­чать объ­ект изу­че­ния каж­дой нау­ки от ее пред­по­сы­лок, точ­но раз­ме­же­вы­вать дан­ную нау­ку от смеж­ных наук и тео­рий, под­чер­ки­вая, вме­сте с тем, отно­си­тель­ность подоб­но­го раз­ме­же­вы­ва­ния. Сме­ше­ние же раз­лич­ных наук толь­ко затруд­ня­ет их раз­ви­тие, рас­тво­ря­ет дей­стви­тель­ный объ­ект иссле­до­ва­ния в без­дне общих слов и бес­со­дер­жа­тель­ных опре­де­ле­ний.

Отсю­да ясно, что исто­ри­че­ский мате­ри­а­лизм, как изу­ча­ю­щий вза­и­мо­дей­ствие всех сто­рон обще­ствен­ной жиз­ни, при раз­бо­ре вопро­сов, свя­зан­ных с систе­мой про­из­вод­ствен­ных отно­ше­ний людей, эко­но­ми­кой дан­но­го обще­ства, уста­нав­ли­ва­ет толь­ко неко­то­рые общие зако­ны и поло­же­ния, к тому же не дета­ли­зо­ван­ные для раз­лич­ных эко­но­ми­че­ских фор­ма­ций обще­ства. Он не оста­нав­ли­ва­ет­ся, во всех подроб­но­стях, на раз­лич­ных вида и типах про­из­вод­ствен­ных отно­ше­ний, не иссле­ду­ет их со всей тща­тель­но­стью и подроб­но­стью. Исто­ри­че­ский мате­ри­а­лизм инте­ре­су­ет­ся толь­ко соот­но­ше­ни­ем меж­ду про­из­вод­ствен­ны­ми отно­ше­ни­я­ми и про­из­во­ди­тель­ны­ми сила­ми. Связь меж­ду послед­ни­ми и явля­ет­ся объ­ек­том его иссле­до­ва­ния в дан­ной обла­сти. В про­ти­во­по­лож­ность это­му, поли­ти­че­ская эко­но­мия изу­ча­ет толь­ко про­из­вод­ствен­ные отно­ше­ния, в том чис­ле и клас­со­вые отно­ше­ния, к тому же про­из­вод­ствен­ные отно­ше­ния одно­го опре­де­лен­но­го — товар­но-капи­та­ли­сти­че­ско­го — обще­ства. Если объ­ек­том исто­ри­че­ско­го мате­ри­а­лиз­ма явля­ет­ся связь меж­ду про­из­вод­ствен­ны­ми отно­ше­ни­я­ми и дру­ги­ми сто­ро­на­ми обще­ствен­ной жиз­ни, то поли­ти­че­ская эко­но­мия изу­ча­ет толь­ко про­из­вод­ствен­ные отно­ше­ния. Послед­ние берут­ся ею, разу­ме­ет­ся, не как изо­ли­ро­ван­ные соци­аль­ные отно­ше­ния, а как отно­ше­ния, нахо­дя­щи­е­ся в тес­ной и нераз­рыв­ной свя­зи с про­из­во­ди­тель­ны­ми сила­ми обще­ства, а так­же и его соци­аль­но-поли­ти­че­ской над­строй­кой. В про­ти­во­по­лож­ность исто­ри­че­ско­му мате­ри­а­лиз­му пред­ме­том поли­ти­че­ской эко­но­мии явля­ют­ся про­из­вод­ствен­ные отно­ше­ния в их свя­зи с про­из­во­ди­тель­ны­ми сила­ми, а не эта связь, как спе­ци­фи­че­ский объ­ект.

Поли­ти­че­ская эко­но­мия «изу­ча­ет про­из­вод­ствен­ные отно­ше­ния людей в капи­та­ли­сти­че­ском обще­стве», гово­рит неод­но­крат­но тов. Рубин. Тес­но сопри­ка­са­ясь с дру­ги­ми сто­ро­на­ми обще­ствен­ной жиз­ни, в первую оче­редь с про­из­во­ди­тель­ны­ми сила­ми, поли­ти­че­ская эко­но­мия, тем не менее, име­ет свой соб­ствен­ный объ­ект иссле­до­ва­ния. Все дру­гие смеж­ные про­бле­мы ею спе­ци­аль­но не изу­ча­ют­ся. Они затра­ги­ва­ют­ся лишь постоль­ку, посколь­ку они нахо­дят­ся во вза­и­мо­дей­ствии с про­из­вод­ствен­ны­ми отно­ше­ни­я­ми, явля­ют­ся их пред­по­сыл­кой. В част­но­сти, гро­мад­ное, бога­тей­шее содер­жа­ние, свя­зан­ное с про­из­во­ди­тель­ны­ми сила­ми и пра­во­вы­ми отно­ше­ни­я­ми, не может быть исчер­па­но поли­ти­че­ской эко­но­ми­ей. Поэто­му оно ста­но­вит­ся объ­ек­том иссле­до­ва­ния для дру­гих само­сто­я­тель­ных наук. Пра­во­вые отно­ше­ния изу­ча­ют­ся марк­со­вой тео­ри­ей пра­ва. Про­из­во­ди­тель­ные силы могут стать пред­ме­том изу­че­ния для нау­ки, кото­рую Рубин пред­ла­га­ет назвать «нау­кой об обще­ствен­ной тех­ни­ке». Но так как эта послед­няя пока что нахо­дит­ся в зача­точ­ном состо­я­нии, то мы не будем обсуж­дать ее наиме­но­ва­ние и содер­жа­ние.

Тако­во то раз­де­ле­ние обще­ствен­ных наук, кото­рое при­ня­то в марк­сиз­ме. И если тов. Бес­со­нов это­го не пони­ма­ет, то тем хуже для него. Это непо­ни­ма­ние застав­ля­ет его под­вер­гать текст кни­ги И. Руби­на все­воз­мож­ным био­ло­ги­че­ским изыс­ка­ни­ям, при­да­вать сло­ву «пред­по­сыл­ка» раз­лич­ные зна­че­ния, выво­дя из это­го, что про­из­во­ди­тель­ные силы не могут быть «пред­по­сыл­кой» для поли­ти­че­ской эко­но­мии, а непре­мен­но долж­ны вхо­дить в пред­мет ее иссле­до­ва­ния. «Итак, на про­тя­же­нии двух стра­ниц, — пишет он, — поли­ти­че­ская эко­но­мия, бла­го­да­ря лов­ко­сти авто­ра, ока­за­лась ради­каль­но осво­бож­ден­ной от гру­бо­го сосед­ства с мате­ри­аль­ны­ми про­из­во­ди­тель­ны­ми сила­ми. Сна­ча­ла поли­ти­че­ская эко­но­мия вме­сте с ист­ма­том изу­ча­ла про­цесс изме­не­ния про­из­вод­ствен­ных отно­ше­ний под воз­дей­стви­ем про­из­во­ди­тель­ных сил нарас­та­ние про­ти­во­ре­чий меж­ду ними. Затем про­изо­шло сло­вес­ное рас­щеп­ле­ние еди­ной нау­ки на две, и поли­ти­че­ская эко­но­мия ста­ла изу­чать про­из­вод­ствен­ные отно­ше­ния в их вза­и­мо­дей­ствии с про­из­во­ди­тель­ны­ми сила­ми. Нако­нец, бла­го­да­ря под­мене слов «вза­и­мо­дей­ствие» сло­вом «пред­по­сыл­ка» поли­ти­че­ская эко­но­мия пре­вра­ти­лась в нау­ку о чистых про­из­вод­ствен­ных отно­ше­ни­ях, для како­вой нау­ки мате­ри­аль­ные про­из­во­ди­тель­ные силы есть лишь пред­по­сыл­ка, дале­кий и смут­ный исход­ный пункт»[6]. Несколь­ко далее мы раз­бе­рем «чистые про­из­вод­ствен­ные отно­ше­ния», най­ден­ные тов. Бес­со­но­вым. Здесь же нас инте­ре­су­ет толь­ко та фор­маль­но­ло­ги­че­ская схе­ма, кото­рая им пред­ла­га­ет­ся вза­мен уста­нов­лен­но­го в марк­сиз­ме диа­лек­ти­че­ско­го раз­де­ле­ния обще­ствен­ных наук. «Или про­из­во­ди­тель­ные силы непо­сред­ствен­но вхо­дят в объ­ект поли­ти­че­ской эко­но­мии, изу­ча­ют­ся ею наравне с про­из­вод­ствен­ны­ми отно­ше­ни­я­ми, или же они не име­ют ника­ко­го к ней отно­ше­ния. Ниче­го тре­тье­го не дано». Так, при­мер­но, рису­ют­ся нам рас­суж­де­ния С. Бес­со­но­ва, кото­рый не пред­став­ля­ет себе, что­бы поли­ти­че­ская эко­но­мия мог­ла изу­чать про­из­вод­ствен­ные отно­ше­ния людей, имея пред­по­сыл­кой сво­е­го изу­че­ния про­из­во­ди­тель­ные силы обще­ства. Если после­до­ва­тель­но при­ме­нять эти рас­суж­де­ния к дру­гим нау­кам, то тогда в пред­мет изу­че­ния каж­дой нау­ки долж­ны быть вклю­че­ны все те сто­ро­ны и про­бле­мы, кото­рые с нею сопри­ка­са­ют­ся, явля­ют­ся ее пред­по­сыл­ка­ми. Ина­че гово­ря, начав изу­чать одну какую-нибудь нау­ку, мы посте­пен­но кло­чи­ли бы в ее объ­ект все то, что долж­но изу­чать­ся дру­ги­ми совсем отда­лен­ны­ми нау­ка­ми и тео­ри­я­ми.

Если мы обра­тим­ся к клас­си­кам марк­сиз­ма, то не замед­лим обна­ру­жить, что они были весь­ма и весь­ма дале­ки от Бес­со­нов­ской поста­нов­ки вопро­са. Маркс, Энгельс и Ленин неустан­но повто­ря­ли в сво­их рабо­тах, что объ­ек­том поли­ти­че­ской эко­но­мии явля­ют­ся про­из­вод­ствен­ные отно­ше­ния. Так, напри­мер, харак­те­ри­зуя эко­но­ми­че­ское уче­ние Марк­са, Ленин писал, что зада­чей «Капи­та­ла», соглас­но его авто­ру, «явля­ет­ся откры­тие эко­но­ми­че­ско­го зако­на дви­же­ния совре­мен­но­го обще­ства», т. е. капи­та­ли­сти­че­ско­го, бур­жу­аз­но­го обще­ства. Иссле­до­ва­ние про­из­вод­ствен­ных отно­ше­ний дан­но­го, исто­ри­че­ски опре­де­лен­но­го обще­ства в их воз­ник­но­ве­нии, раз­ви­тии и упад­ке — тако­во содер­жа­ние эко­но­ми­че­ско­го уче­ния Марк­са»[7]. Об этом он неод­но­крат­но гово­рит и в сво­их более ран­них рабо­тах. Рецен­зи­руя «Крат­кий курс эко­но­ми­че­ской нау­ки» А. Бог­да­но­ва, Ленин отме­ча­ет, как одно из самых зна­чи­тель­ных ее досто­инств, что «автор с само­го нача­ла дает ясное и точ­ное опре­де­ле­ние поли­ти­че­ской эко­но­мии, как «нау­ки, изу­ча­ю­щей обще­ствен­ные отно­ше­ния про­из­вод­ства и рас­пре­де­ле­ния в их раз­ви­тии», и нигде не отсту­па­ет от тако­го взгля­да, неред­ко весь­ма пло­хо пони­ма­е­мо­го уче­ным про­фес­со­ра­ми поли­ти­че­ской эко­но­мии, сби­ва­ю­щи­ми­ся с «обще­ствен­ных отно­ше­ний про­из­вод­ства» на про­из­вод­ство вооб­ще (не отно­сят­ся ли эти сло­ва Вла­ди­ми­ра Ильи­ча так­же и к неко­то­рым совре­мен­ным ультра-«марксистам» и ультра-«материалистам» в поли­ти­че­ской эко­но­мии? — Г. Д.) и напол­ня­ю­щим свои тол­стые кур­сы гру­дой бес­со­дер­жа­тель­ных и не отно­ся­щих­ся вовсе к обще­ствен­ной нау­ке баналь­но­стей и при­ме­ров»[8].

Энгельс гово­рит, что в «Капи­та­ле» «мы сра­зу име­ем перед собой при­мер свое­об­раз­но­го явле­ния, крас­ной нитью про­хо­дя­ще­го через всю поли­ти­че­скую эко­но­мию и поро­див­ше­го ужас­ную пута­ни­цу в голо­вах бур­жу­аз­ных эко­но­ми­стов: в поли­ти­че­ской эко­но­мии речь идет не о вещах, а об отно­ше­ни­ях меж­ду лица­ми, в послед­ней же инстан­ции меж­ду клас­са­ми; но эти отно­ше­ния все­гда свя­за­ны с веща­ми и про­яв­ля­ют­ся как вещи»[9].

Таким обра­зом, как Ленин, так и Энгельс отме­ча­ют, что в «Капи­та­ле» Маркс изу­ча­ет имен­но про­из­вод­ствен­ные отно­ше­ния, а не про­из­вод­ство вооб­ще, как это выте­ка­ет из кон­цеп­ции С. Бес­со­но­ва. Мы все-таки счи­та­ем, что, оче­вид­но, Ленин и Энгельс луч­ше поня­ли «Капи­тал», чем тов. Бес­со­нов, и если кто и оши­ба­ет­ся в этом вопро­се, так это имен­но наш автор, а не клас­си­ки марк­сиз­ма.

Опре­де­ле­ние поли­ти­че­ской эко­но­мии, как нау­ки о про­из­вод­ствен­ных отно­ше­ни­ях людей в капи­та­ли­сти­че­ском хозяй­стве, дают так­же и Пле­ха­нов, Гиль­фер­динг, Каут­ский, Буха­рин, Роза Люк­сем­бург и др. Нако­нец, даже друг и вер­ный сорат­ник тов. Бес­со­но­ва — Алек­сандр Кон — изме­ня­ет ему в этом вопро­се, спра­вед­ли­во счи­тая, что «поли­ти­че­ская эко­но­мия пред­став­ля­ет собой тео­ре­ти­че­скую нау­ку, изу­ча­ю­щую про­из­вод­ствен­ные отно­ше­ния капи­та­ли­сти­че­ско­го обще­ства»[10]. Инте­рес­но было бы узнать, оста­ет­ся ли тов. Кон и теперь на поч­ве сво­е­го преж­не­го опре­де­ле­ния или, по при­ме­ру тов. Бес­со­но­ва, счи­та­ет нуж­ным от него отой­ти, отка­зать­ся от того остро­го ору­жия, с кото­рый марк­сист­ская поли­ти­че­ская эко­но­мия, на про­тя­же­нии деся­ти­ле­тия, сра­жа­лась про­тив бур­жу­аз­ной поли­ти­че­ской эко­но­мии и ее побеж­да­ла.

Таким обра­зом точ­ка зре­ния Руби­на пол­но­стью соот­вет­ству­ет выска­зы­ва­ни­ям и пря­мым заяв­ле­ни­ям всех клас­си­ков марк­сиз­ма. Поэто­му, когда С Бес­со­нов вос­ста­ет про­тив того опре­де­ле­ния поли­ти­че­ской эко­но­мии, кото­рое име­ет­ся в кни­ге его про­тив­ни­ка, то он напа­да­ет не на одно­го лишь тов. Руби­на. Наш сви­ре­пый судья, оче­вид­но, в силу чрез­мер­ной тео­ре­ти­че­ской бли­зо­ру­ко­сти и кри­ти­че­ской горяч­но­сти, не заме­ча­ет, что на ска­мье под­су­ди­мых нахо­дит­ся не один обви­ня­е­мый. Застав­ляя поли­ти­че­скую эко­но­мию изу­чать про­из­во­ди­тель­ные силы обще­ства, С. Бес­со­нов соб­ствен­но­руч­но уни­что­жа­ет ее марк­сист­ское содер­жа­ние, «сво­дит» воеди­но исто­ри­че­ский мате­ри­а­лизм, поли­ти­че­скую эко­но­мию и нау­ку об обще­ствен­ной тех­ни­ке. Под при­кры­ти­ем сво­их гром­ких воплей о буд­то бы совер­ша­е­мом И. Руби­ным «выхо­ла­щи­ва­нии» Бес­со­нов сам про­из­во­дит эту опе­ра­цию. Ибо оче­вид­но, что если бы поли­ти­че­ская эко­но­мия изу­ча­ла толь­ко про­из­вод­ство в его непо­сред­ствен­ном выра­же­нии, а не вырас­та­ю­щие на его осно­ве про­из­вод­ствен­ные отно­ше­ния, то целый ряд важ­ней­ших эко­но­ми­че­ских кате­го­рий, кото­рые отде­ле­ны от про­из­во­ди­тель­ных сил, не нахо­дят­ся с ними в бли­жай­шем отно­ше­нии и не могут быть объ­яс­не­ны из их раз­ви­тия, ока­зал­ся бы за бор­том нау­ки. Как, напр., мож­но про­ана­ли­зи­ро­вать, исхо­дя из Бес­со­нов­ской точ­ки зре­ния, такие «вещи», как фик­тив­ный капи­тал или, пред­по­ло­жим, цену? Как мож­но иссле­до­вать фор­му сто­и­мо­сти, или рыноч­ную сто­и­мость? Нель­зя же в кон­це кон­цов про­сто отверг­нуть эти поня­тия, при­знать их не суще­ству­ю­щи­ми, подоб­но тому, как рас­прав­ля­ет­ся С. Бес­со­нов с товар­ным фети­шиз­мом. Или, быть может, их так­же мож­но под­су­нуть исто­ри­че­ско­му мате­ри­а­лиз­му? Но как же вы тогда при­ка­же­те посту­пить с свое­об­раз­ной, чисто эко­но­ми­че­ской при­ро­дой назван­ных кате­го­рий? На все эти вопро­сы, рав­но как и на мно­гие дру­гие им подоб­ные, нель­зя дать сколь­ко-нибудь вра­зу­ми­тель­но­го отве­та, если после­до­ва­тель­но при­дер­жи­вать­ся кон­цеп­ции, выдви­га­е­мой С. Бес­со­но­вым.

Итак, поли­ти­че­ская эко­но­мия, как об этом недву­смыс­лен­но заяв­ля­ют осно­во­по­лож­ни­ки марк­сиз­ма, изу­ча­ет про­из­вод­ствен­ные отно­ше­ния людей. Тов. Бес­со­но­ву, оче­вид­но, пред­став­ля­ет­ся, что под про­из­вод­ствен­ны­ми отно­ше­ни­я­ми сле­ду­ет пони­мать «чистые» соци­аль­ные отно­ше­ния, совер­шен­но ото­рван­ные от про­цес­са мате­ри­аль­но­го про­из­вод­ства, от про­из­во­ди­тель­ных сил обще­ства. «Толь­ко в самое послед­нее вре­мя, — без­апел­ля­ци­он­но заяв­ля­ет он, — когда кри­ком ака­де­ми­че­ской моды ста­ло уче­ние Руби­на вме­сто уче­ния Марк­са, мате­ри­аль­ные про­из­во­ди­тель­ные силы были неожи­дан­но вышвыр­ну­ты за порог поли­ти­че­ской эко­но­мии, зави­си­мость про­из­вод­ствен­ных отно­ше­ний от состо­я­ния и рас­пре­де­ле­ния про­из­во­ди­тель­ных сил была объ­яв­ле­на без­раз­лич­ной для эко­но­ми­че­ско­го иссле­до­ва­ния, и вся рево­лю­ци­он­ная и дина­ми­че­ская сто­ро­на Марк­со­ва уче­ния была тем самым пере­ад­ре­со­ва­на к несу­ще­ству­ю­щей пока что нау­ке об обще­ствен­ной тех­ни­ке»[11]. В этой цита­те, рав­но как и на про­тя­же­нии всей ста­тьи, мысль С. Бес­со­но­ва дви­жет­ся по все тому же фор­маль­но­му, анти­диа­лек­ти­че­ско­му пути: «или — или». Поэто­му ему и не уда­ет­ся уяс­нить себе той, весь­ма про­стой вещи, что если про­из­во­ди­тель­ные силы не вхо­дят непо­сред­ствен­но в пред­мет поли­ти­че­ской эко­но­мии, то это вовсе не озна­ча­ет ее осво­бож­де­ния «от гру­бо­го сосед­ства с мате­ри­аль­ны­ми про­из­во­ди­тель­ны­ми сила­ми». Наобо­рот. Мы кате­го­ри­че­ски утвер­жда­ем, что все­сто­рон­нее иссле­до­ва­ние и пони­ма­ние свя­зи меж­ду про­из­во­ди­тель­ны­ми сила­ми и про­из­вод­ствен­ны­ми отно­ше­ни­я­ми может быть достиг­ну­то толь­ко на осно­ве их раз­дель­но­го изу­че­ния и имен­но посред­ством тако­го изу­че­ния.

В реаль­ной дей­стви­тель­но­сти, не под­чи­ня­ю­щей­ся зако­нам фор­маль­но­ло­ги­че­ско­го мыш­ле­ния, связь меж­ду раз­лич­ны­ми ряда­ми смеж­ных явле­ний ока­зы­ва­ет­ся дале­ко не столь про­стой, как это пред­став­ля­ет­ся тов. Бес­со­но­ву. Про­из­вод­ствен­ные отно­ше­ния, пред­став­ля­ю­щие собой неко­то­рое иное каче­ство, суще­ствен­но отли­ча­ю­ще­е­ся от про­из­во­ди­тель­ных сил, воз­ни­ка­ют на их осно­ве, немыс­ли­мы без них. Соглас­но само­му сво­е­му наиме­но­ва­нию, про­из­вод­ствен­ные отно­ше­ния пред­став­ля­ют собой те вза­им­ные отно­ше­ния, кото­рые воз­ни­ка­ют меж­ду людь­ми в про­цес­се мате­ри­аль­но­го про­из­вод­ства, т. е. в резуль­та­те при­ме­не­ния обще­ствен­ным чело­ве­ком при­над­ле­жа­щих ему про­из­во­ди­тель­ных сил. Без про­из­во­ди­тель­ных сил, конеч­но, невоз­мож­ны про­из­вод­ствен­ные отно­ше­ния, кото­рые воз­ни­ка­ют толь­ко как вза­им­ные отно­ше­ния людей на осно­ве при­ме­не­ния и исполь­зо­ва­ния этих про­из­во­ди­тель­ных сил. С дру­гой сто­ро­ны, про­из­во­ди­тель­ные силы пред­по­ла­га­ют суще­ство­ва­ние про­из­вод­ствен­ных отно­ше­ний, без кото­рых они неми­ну­е­мо пре­вра­ща­ют­ся в раз­роз­нен­ные сред­ства и усло­вия про­из­вод­ства, ста­но­вят­ся мерт­вы­ми и не жиз­нен­ны­ми. Про­цесс мате­ри­аль­но­го про­из­вод­ства осу­ществ­ля­ет­ся толь­ко как един­ство про­из­во­ди­тель­ных сил с соот­вет­ству­ю­щи­ми им про­из­вод­ствен­ны­ми отно­ше­ни­я­ми.

Но един­ство про­из­во­ди­тель­ных сил и про­из­вод­ствен­ных отно­ше­ний явля­ет­ся един­ством про­ти­во­по­лож­но­стей. На ряду с их соеди­не­ни­ем, на ряду со вза­и­мо­дей­стви­ем, суще­ству­ю­щим меж­ду ними, необ­хо­ди­мо сугу­бо под­черк­нуть так­же и их раз­ли­чие. Про­из­вод­ствен­ные отно­ше­ния, вырас­тая на осно­ве дан­ной сту­пе­ни раз­ви­тия про­из­во­ди­тель­ных сил обще­ства, отнюдь не отра­жа­ют в точ­но­сти состо­я­ние и даль­ней­шее раз­ви­тие сво­ей мате­ри­аль­но-про­из­вод­ствен­ной базы, не явля­ют­ся ее пас­сив­ным рефлек­сом. Они при­об­ре­та­ют извест­ную, отно­си­тель­ную само­сто­я­тель­ность по отно­ше­нию к про­из­во­ди­тель­ным силам, раз­ви­ва­ют­ся соглас­но сво­им соб­ствен­ным зако­нам и внут­рен­ним тен­ден­ци­ям. Явля­ясь более кон­сер­ва­тив­ным эле­мен­том, зна­чи­тель­но мед­лен­нее раз­ви­ва­ю­щи­ми­ся, про­из­вод­ствен­ные отно­ше­ния отста­ют в сво­ем раз­ви­тии от даль­ней­ше­го роста про­из­во­ди­тель­ных сил, задер­жи­ва­ют его, всту­па­ют с ним в про­ти­во­ре­чие. «На извест­ной сту­пе­ни сво­е­го раз­ви­тия мате­ри­аль­ные про­из­во­ди­тель­ные силы обще­ства всту­па­ют в про­ти­во­ре­чие с суще­ству­ю­щи­ми про­из­вод­ствен­ны­ми отно­ше­ни­я­ми, или, упо­треб­ляя юри­ди­че­ское выра­же­ние, с иму­ще­ствен­ны­ми отно­ше­ни­я­ми, внут­ри кото­рых они до сих пор дей­ство­ва­ли. Из форм раз­ви­тия про­из­во­ди­тель­ных сил эти отно­ше­ния ста­но­вят­ся их око­ва­ми. Тогда насту­па­ет эпо­ха соци­аль­ной рево­лю­ции»[12]. Толь­ко на осно­ве раз­ли­чия меж­ду про­из­во­ди­тель­ны­ми сила­ми и про­из­вод­ствен­ны­ми отно­ше­ни­я­ми людей может най­ти себе объ­яс­не­ние их про­ти­во­ре­чие, кон­фликт, веду­щий к рево­лю­ции. Не посред­ством их отож­деств­ле­ния, не путем их сов­мест­но­го изу­че­ния в рам­ках одной и той же нау­ки, а толь­ко с помо­щью их раз­дво­е­ния и после­ду­ю­ще­го син­те­ти­че­ско­го объ­еди­не­ния может най­ти себе адек­ват­ное, тео­ре­ти­че­ское выра­же­ние то реаль­ное про­ти­во­ре­чие, кото­рое суще­ству­ет меж­ду ними.

Потреб­но­сти позна­ния, зако­ны изу­че­ния тре­бу­ют, что­бы про­ти­во­по­лож­но­сти, вхо­дя­щие в дан­ное един­ство, изу­ча­лись не слит­но, а раз­дель­но. Диа­лек­ти­че­ское иссле­до­ва­ние и про­из­во­дит рас­щеп­ле­ние про­из­во­ди­тель­ных сил и про­из­вод­ствен­ных отно­ше­ний, рав­но как и про­ти­во­по­лож­ных сто­рон вся­ко­го ино­го един­ства, под­вер­га­ет их изо­ли­ро­ван­но­му изу­че­нию, дол­жен­ству­ю­ще­му най­ти спе­ци­фи­че­ские осо­бен­но­сти, свое­об­раз­ные зако­ны раз­ви­тия обе­их сто­рон, состав­ля­ю­щих дан­ную про­ти­во­по­лож­ность. «Раз­дво­е­ние еди­но­го и позна­ние про­ти­во­ре­чи­вых частей его есть суть диа­лек­ти­ки»[13], утвер­жда­ет Ленин. Толь­ко после тако­го ана­ли­за воз­мож­но позна­ние всей целост­но­сти явле­ния. При изу­че­нии про­ти­во­по­лож­ных частей един­ства все вре­мя, конеч­но, долж­на иметь­ся в виду конеч­ная цель иссле­до­ва­ния, заклю­ча­ю­ща­я­ся в позна­нии это­го един­ства, как тако­во­го, имен­но как един­ства. Поэто­му, при ана­ли­зе какой-нибудь одной сто­ро­ны про­ти­во­по­лож­но­сти, дру­гая долж­на пред­по­ла­гать­ся, ее зна­че­ние не долж­но упус­кать­ся из виду. Для того, что­бы най­ти зако­ны обще­ствен­но­го дви­же­ния, необ­хо­ди­мо под­верг­нуть про­из­во­ди­тель­ные силы и про­из­вод­ствен­ные отно­ше­ния отдель­но­му рас­смот­ре­нию в поли­ти­че­ской эко­но­мии и нау­ке об обще­ствен­ной тех­ни­ке, с тем, что­бы, син­те­зи­руя все основ­ные выво­ды подоб­но­го иссле­до­ва­ния в исто­ри­че­ском мате­ри­а­лиз­ме, даю­щем основ­ные мето­до­ло­ги­че­ские ука­за­ния для подоб­но­го изу­че­ния, мож­но было полу­чить наи­бо­лее глу­бо­кое и все­сто­рон­нее пред­став­ле­ние о зако­нах, управ­ля­ю­щих суще­ство­ва­ни­ем и раз­ви­ти­ем объ­ек­тив­ной дей­стви­тель­но­сти. Эту живую, гиб­кую схе­му обще­ствен­но­го раз­ви­тия выте­ка­ю­щее из нее раз­де­ле­ние марк­сист­ско-ленин­ских обще­ствен­ных наук, раз­де­ле­ние, мак­си­маль­но удо­вле­тво­ря­ю­щее тре­бо­ва­ни­ям науч­но­го ана­ли­за, и пыта­ет­ся уни­что­жить тов. Бес­со­нов сво­ей фор­маль­но-логи­че­ской кон­цеп­ци­ей. С одной сто­ро­ны, он пыта­ет­ся уни­что­жить, зату­ше­вать раз­ли­чие меж­ду про­из­во­ди­тель­ны­ми сила­ми и про­из­вод­ствен­ны­ми отно­ше­ни­я­ми, отка­зать­ся от их диф­фе­рен­ци­ро­ван­но­го изу­че­ния. Вме­сто того, что­бы их раз­дель­но ана­ли­зи­ро­вать, он меха­ни­че­ски объ­еди­ня­ет про­из­во­ди­тель­ные силы и про­из­вод­ствен­ные отно­ше­ния в один еди­ный объ­ект изу­че­ния. Поэто­му он и не может нащу­пать раз­ли­чие, суще­ству­ю­щее меж­ду пред­ме­том изу­че­ния поли­ти­че­ской эко­но­мии и объ­ек­том исто­ри­че­ско­го мате­ри­а­лиз­ма. У тов. Бес­со­но­ва обе эти нау­ки отли­ча­ют­ся одна от дру­гой толь­ко сво­им назва­ни­ем, ибо обе они зани­ма­ют­ся изу­че­ни­ем одной и той же про­бле­мы. Отве­та на вопрос, зачем тогда нам нуж­ны две нау­ки, не про­ще ли было бы предо­ста­вить изу­че­ние этой про­бле­мы толь­ко одной какой-нибудь нау­ке, тов. Бес­со­нов нам не дает.

С дру­гой сто­ро­ны, наш автор не пред­став­ля­ет себе сущ­но­сти про­из­вод­ствен­ных отно­ше­ний. Он поче­му-то вооб­ра­жа­ет, что под этим тер­ми­ном сле­ду­ет пони­мать нечто совер­шен­но ото­рван­ное от мате­ри­аль­но­го про­из­вод­ства, какие-то «чистые» соци­аль­ные отно­ше­ния. Меж­ду тем, поня­тие «про­из­вод­ствен­ные отно­ше­ния» име­ет, в систе­ме марк­сиз­ма, вполне опре­де­лен­ное, твер­до уста­нов­лен­ное содер­жа­ние, кото­рое, каза­лось бы, долж­но было исклю­чать самую воз­мож­ность вся­ких кри­во­тол­ков и иска­же­ний. Про­из­вод­ствен­ные отно­ше­ния, нахо­дясь в тес­ней­шей свя­зи с про­из­во­ди­тель­ны­ми сила­ми, могут быть, в целях иссле­до­ва­ния от них, абстра­ги­ро­ва­ны. Одна­ко от это­го они не пере­ста­ют быть теми отно­ше­ни­я­ми, кото­рые воз­ни­ка­ют меж­ду людь­ми в про­цес­се мате­ри­аль­но­го про­из­вод­ства, не теря­ют сво­ей про­из­вод­ствен­ной сущ­но­сти. В конеч­ном сче­те, про­из­вод­ствен­ные отно­ше­ния все­гда ока­зы­ва­ют­ся в тес­ней­шей свя­зи с про­из­во­ди­тель­ны­ми сила­ми. И неле­пым явля­ет­ся пред­став­ле­ние, буд­то бы абстра­ги­ро­ва­ние от этих послед­них озна­ча­ет отрыв от них про­из­вод­ствен­ных отно­ше­ний. Про­из­вод­ствен­ные отно­ше­ния, при всех обсто­я­тель­ствах, оста­ют­ся нераз­рыв­но свя­зан­ны­ми с про­из­во­ди­тель­ны­ми сила­ми. В про­тив­ном слу­чае они пере­ста­ли бы быть отно­ше­ни­я­ми про­из­вод­ства. Вопрос заклю­ча­ет­ся толь­ко в том, чтó выдви­га­ет­ся в дан­ном иссле­до­ва­нии на пер­вый план: связь или пред­мет в его свя­зях, про­из­вод­ствен­ные отно­ше­ния вме­сте с про­из­во­ди­тель­ны­ми сила­ми или же толь­ко одни про­из­вод­ствен­ные отно­ше­ния и одни про­из­во­ди­тель­ные силы. В зави­си­мо­сти от раз­лич­но­го раз­ре­ше­ния это­го вопро­са и уста­нав­ли­ва­ет­ся объ­ект для раз­лич­ных марк­сист­ско-лени­нист­ских обще­ствен­ных наук.

Кро­ме того, тов. Рубин сам неод­но­крат­но под­чер­ки­ва­ет, что пред­мет, изу­ча­е­мый нашей нау­кой, свя­зан с мате­ри­аль­ным про­из­вод­ством, все­це­ло им обу­слов­ли­ва­ет­ся. «Нау­ка об обще­ствен­ной тех­ни­ке, — нахо­дя­ща­я­ся еще в заро­ды­ше­вом состо­я­нии, — долж­на сде­лать пред­ме­том сво­е­го изу­че­ния про­из­во­ди­тель­ные силы обще­ства в их вза­и­мо­дей­ствии с про­из­вод­ствен­ны­ми отно­ше­ни­я­ми людей. С дру­гой сто­ро­ны, тео­ре­ти­че­ская поли­ти­че­ская эко­но­мия име­ет пред­ме­том сво­е­го изу­че­ния свой­ствен­ные капи­та­ли­сти­че­ско­му хозяй­ству про­из­вод­ствен­ные отно­ше­ния людей в их вза­и­мо­дей­ствии с про­из­во­ди­тель­ны­ми сила­ми обще­ства. Каж­дая из ука­зан­ных двух наук, имея пред­ме­том сво­е­го изу­че­ния одну сто­ро­ну еди­но­го про­цес­са про­из­вод­ства, пред­по­ла­га­ет нали­чие дру­гой его сто­ро­ны в каче­стве пред­по­сыл­ки сво­е­го иссле­до­ва­ния. Ина­че гово­ря, хотя поли­ти­че­ская эко­но­мия изу­ча­ет про­из­вод­ствен­ные отно­ше­ния людей, но она все­гда пред­по­ла­га­ет нераз­рыв­ную связь их с мате­ри­аль­но-тех­ни­че­ским про­цес­сом про­из­вод­ства и име­ет пред­по­сыл­кой сво­е­го иссле­до­ва­ния опре­де­лен­ное состо­я­ние и про­цесс раз­ви­тия мате­ри­аль­ных про­из­во­ди­тель­ных сил»[14]. Конец этой цита­ты, послед­нюю фра­зу тов. Бес­со­нов счи­та­ет излиш­ним при­во­дить. По пово­ду же осталь­ной части он ехид­но заяв­ля­ет, с при­су­щим ему пони­ма­ни­ем вопро­са о вза­и­мо­от­но­ше­нии раз­лич­ных марк­сист­ских обще­ствен­ных наук: «Итак, вме­сто еди­ной нау­ки, изу­ча­ю­щей связь и про­ти­во­ре­чия меж­ду про­из­во­ди­тель­ны­ми сила­ми и про­из­вод­ствен­ны­ми отно­ше­ни­ям (нау­ки, толь­ко что назван­ной самим Руби­ным поли­ти­че­ской эко­но­ми­ей), полу­ча­ет­ся уже две нау­ки, отли­ча­ю­щи­е­ся друг от дру­га, как это ни стран­но, одной лишь рас­ста­нов­кой слов «про­из­во­ди­тель­ные силы» и «про­из­вод­ствен­ные отно­ше­ния», одной лишь сло­вес­ной фор­му­ли­ров­кой и, по-види­мо­му, отнюдь не суще­ством дела[15]. Одна­ко Бес­со­нов счи­та­ет, что ему уда­лось най­ти это «суще­ство дела». Оно заклю­ча­ет­ся, види­те ли, в пред­на­ме­рен­ном отры­ве, посред­ством упо­треб­ле­ния сло­ва «пред­по­сыл­ка», про­из­во­ди­тель­ных сил от про­из­вод­ствен­ных отно­ше­ний. Мы можем теперь, после выше про­из­ве­ден­но­го ана­ли­за смыс­ла про­из­вод­ствен­ных отно­ше­ний, содер­жа­ния это­го тер­ми­на, по досто­ин­ству оце­нить софи­сти­че­ские ухищ­ре­ния наше­го авто­ра. Бес­со­нов оста­ет­ся верен само­му себе. Он так и не может понять, что при­зна­ние про­из­во­ди­тель­ных сил пред­по­сыл­кой для нау­ки поли­ти­че­ской эко­но­мии не лиша­ет изу­ча­е­мые ею про­из­вод­ствен­ные отно­ше­ния их про­из­вод­ствен­ной сущ­но­сти.

Стран­ная абер­ра­ция, в кото­рую впа­да­ет Бес­со­нов, пони­мая под про­из­вод­ствен­ны­ми отно­ше­ни­я­ми людей «чистые» соци­аль­ные отно­ше­ния, объ­яс­ня­ет­ся весь­ма про­сто. Появив­ше­е­ся в бур­жу­аз­ной поли­ти­че­ской эко­но­мии, отно­си­тель­но не так дав­но, новое соци­аль­ное направ­ле­ние заста­ло врас­плох неко­то­рую, прав­да незна­чи­тель­ную, часть эко­но­ми­стов-марк­си­стов. Послед­ние не заме­ти­ли, что соци­аль­ные отно­ше­ния, изу­ча­е­мые новей­шим направ­ле­ни­ем бур­жу­аз­ной эко­но­ми­че­ской мыс­ли, не име­ют ниче­го обще­го с про­из­вод­ствен­ны­ми отно­ше­ни­я­ми, состав­ля­ю­щи­ми пред­мет поли­ти­че­ской эко­но­мии Марк­са. Вме­сто того, что­бы уста­но­вить раз­ли­чие меж­ду эти­ми дву­мя вида­ми отно­ше­ний людей, вме­сто того, что­бы под­черк­нуть воз­ник­но­ве­ние эко­но­ми­че­ских отно­ше­ний в про­цес­се мате­ри­аль­но­го про­из­вод­ства, эти марк­си­сты реши­ли занять­ся «уточ­не­ни­ем» объ­ек­та поли­ти­че­ской эко­но­мии, посред­ством при­со­еди­не­ния к нему про­из­во­ди­тель­ных сил. Осо­бен­но ярко была выска­за­на подоб­ная точ­ка зре­ния в одной, не так дав­но появив­шей­ся, ста­тье. Авто­ры этой ста­тьи счи­та­ют, что «в свя­зи с теми «новы­ми вея­ни­я­ми», кото­рые теперь наблю­да­ют­ся в бур­жу­аз­ной поли­ти­че­ской эко­но­мии, и попыт­ка­ми при посред­стве так назы­ва­е­мой «социо­ло­ги­че­ской точ­ки зре­ния» открыть доступ в марк­сизм фило­соф­ско­му иде­а­лиз­му в его совре­мен­ных фор­мах, необ­хо­ди­мо уточ­не­ние опре­де­ле­ния пред­ме­та поли­ти­че­ской эко­но­мии»[16].

Наста­и­вая на уточ­не­нии пред­ме­та поли­ти­че­ской эко­но­мии, утвер­ждая, что эта нау­ка долж­на изу­чать не толь­ко про­из­вод­ствен­ные отно­ше­ния людей, обыч­но, забы­ва­ют, что пере­смотр опре­де­ле­ния, дан­но­го этой нау­ке Марк­сом и Лени­ным, озна­ча­ет реви­зию эко­но­ми­че­ской сто­ро­ны марк­сиз­ма. Кро­ме того, подоб­ная кон­цеп­ция сви­де­тель­ству­ет о непо­ни­ма­нии ее авто­ра­ми сущ­но­сти про­из­вод­ствен­ных отно­ше­ний. Стрем­ле­ние же отречь­ся от про­из­вод­ствен­ных отно­ше­ний под тем пред­ло­гом, что соци­аль­ное направ­ле­ние так­же изу­ча­ет соци­аль­ные отно­ше­ния, озна­ча­ет при­зна­ние тож­де­ства меж­ду про­из­вод­ствен­ны­ми отно­ше­ни­я­ми людей и соци­аль­ны­ми отно­ше­ни­я­ми, выдви­га­е­мы­ми «новы­ми вея­ни­я­ми». Таким обра­зом, сто­рон­ни­ки «уточ­не­ния» вме­сто того, что­бы дока­зать гро­мад­ней­шую раз­ни­цу, суще­ству­ю­щую меж­ду обо­и­ми, в корне раз­лич­ны­ми, типа­ми отно­ше­ний, зани­ма­ют­ся их отож­деств­ле­ни­ем. Этим самым они, про­тив сво­е­го соб­ствен­но­го жела­ния, про­тя­ги­ва­ют руку «новым вея­ни­ям». Отход от пра­виль­но, един­ствен­но марк­сист­ско­го пони­ма­ния пред­ме­та поли­ти­че­ской эко­но­мии жесто­ко мстит за себя. Сто­рон­ни­ки «уточ­не­ния», в силу «вза­им­но­го при­тя­же­ния про­ти­во­по­лож­но­стей», ока­зы­ва­ют­ся в непо­сред­ствен­ной бли­зо­сти к соци­аль­но­му направ­ле­нию.

Нече­го и гово­рить, что про­из­вод­ствен­ные отно­ше­ния, состав­ля­ю­щие истин­ный пред­мет марк­сист­ской поли­ти­че­ской эко­но­мии, не име­ют ниче­го обще­го с отно­ше­ни­я­ми, выстав­ля­е­мы­ми на пер­вый план сто­рон­ни­ка­ми соци­аль­ной шко­лы. Поэто­му здесь мож­но и не боять­ся ника­ко­го бур­жу­аз­но­го направ­ле­ния, ника­ко­го бур­жу­аз­но­го вме­ша­тель­ства, так как в этом вопро­се марк­сизм креп­ко защи­щен про­из­вод­ствен­ной сущ­но­стью изу­ча­е­мых им отно­ше­ний про­из­вод­ства, отнюдь не сов­па­да­ю­щи­ми с соци­аль­ны­ми отно­ше­ни­я­ми бур­жу­аз­ных эко­но­ми­стов. И луч­ше все­го отте­ня­ет и под­чер­ки­ва­ет это корен­ное раз­ли­чие меж­ду раз­лич­ны­ми «отно­ше­ни­я­ми», и тем самым раз­ли­чие меж­ду поли­ти­че­ской эко­но­ми­ей Марк­са и эко­но­ми­че­ской тео­ри­ей сто­рон­ни­ков соци­аль­но­го тече­ния, никто иной, как сам тов. Рубин, кото­рый, в про­ти­во­по­лож­ность мно­гим нашим эко­но­ми­стам, пер­вый не на сло­вах, а на деле повел борь­бу с соци­аль­ным направ­ле­ни­ем. Поли­ти­че­ская эко­но­мия Марк­са «сре­ди соци­аль­ных отно­ше­ний людей выде­ля­ет осо­бую груп­пу эко­но­ми­че­ских или про­из­вод­ствен­ных отно­ше­ний, в кото­рые люди всту­па­ют в про­цес­се мате­ри­аль­но­го про­из­вод­ства. Эти «про­из­вод­ствен­ные отно­ше­ния» людей, непо­сред­ствен­но орга­ни­зу­ю­щие про­цесс про­из­вод­ства и пото­му состав­ля­ю­щие соци­аль­ную фор­му хозяй­ства, отли­ча­ют­ся от дру­гих видов соци­аль­ных отно­ше­ний, напри­мер, поли­ти­че­ских. Далее, из чис­ла про­из­вод­ствен­ных отно­ше­ний людей Маркс выде­ля­ет осо­бую груп­пу, харак­те­ри­зу­ю­щую совре­мен­ное товар­но-капи­та­ли­сти­че­ское хозяй­ство, а имен­но про­из­вод­ствен­ные отно­ше­ния обме­на меж­ду това­ро­вла­дель­ца­ми и вырас­та­ю­щие на этой осно­ве «клас­со­вые» про­из­вод­ствен­ные отно­ше­ния меж­ду капи­та­ли­ста­ми и рабо­чи­ми, капи­та­ли­ста­ми и зем­ле­вла­дель­ца­ми. Имен­но этот тип про­из­вод­ствен­ных отно­ше­ний людей, воз­ни­ка­ю­щий на извест­ной сту­пе­ни раз­ви­тия мате­ри­аль­ных про­из­во­ди­тель­ных сил, и состав­ля­ет объ­ект поли­ти­че­ской эко­но­мии[17]. Все это совер­шен­но пра­виль­но. И толь­ко на подоб­ном пути под­чер­ки­ва­ния раз­ли­чия меж­ду про­из­вод­ствен­ны­ми отно­ше­ни­я­ми и соци­аль­ны­ми отно­ше­ни­я­ми вооб­ще мож­но отме­же­вать­ся от совре­мен­ной бур­жу­аз­ной эко­но­ми­че­ской тео­рии «сохра­нить, вме­сте с тем, в чисто­те марк­сист­ское тео­ре­ти­ко-эко­но­ми­че­ское ору­жие.

* * *

Поли­ти­че­ская эко­но­мия изу­ча­ет про­из­вод­ствен­ные отно­ше­ния товар­но-капи­та­ли­сти­че­ско­го хозяй­ства, кото­рые, состав­ляя наи­бо­лее суще­ствен­ный и реша­ю­щий тип чело­ве­че­ских отно­ше­ний, выде­ля­ют­ся ею. ю всех дру­гих соци­аль­ных отно­ше­ний это­го обще­ства. Товар­но-капи­та­ли­сти­че­ское обще­ство, как и вся­кое дру­гое, пред­став­ля­ет собой неко­то­рое един­ство обще­ствен­ных отно­ше­ний. Поэто­му про­из­вод­ствен­ные отно­ше­ния иссле­ду­ют­ся не как раз­роз­нен­ные отдель­ные отно­ше­ния, а как неко­то­рая сово­куп­ность вза­им­но свя­зан­ных и друг дру­га обу­слов­ли­ва­ю­щих про­из­вод­ствен­ных отно­ше­ний, как систе­ма обще­ствен­ных отно­ше­ний про­из­вод­ства. Сово­куп­ность этих про­из­вод­ствен­ных отно­ше­ний и обра­зу­ет эко­но­ми­че­скую струк­ту­ру дан­но­го обще­ства, пред­став­ля­ет собой область для эко­но­ми­че­ской нау­ки. На осно­ве дан­ной эко­но­ми­че­ской струк­ту­ры, в свою оче­редь, вырас­та­ют и, соглас­но ей, фор­ми­ру­ют­ся все дру­гие виды и типы соци­аль­ных отно­ше­ний. «Про­из­вод­ствен­ные отно­ше­ния в и сово­куп­но­сти обра­зу­ют то, что назы­ва­ют обще­ствен­ны­ми отно­ше­ни­я­ми, обще­ством, и при­том обще­ством на опре­де­лен­ной сту­пе­ни исто­ри­че­ско­го раз­ви­тия, обще­ством с его осо­бен­ны­ми отли­чи­тель­ны­ми чер­та­ми»[18]. Сово­куп­ность про­из­вод­ствен­ных отно­ше­ний опре­де­ля­ет всю физио­но­мию дан­но­го обще­ства, все его отно­ше­ния. Поли­ти­че­ская эко­но­мия изу­ча­ет толь­ко часть, прав­да основ­ную и глав­ную часть, соци­аль­ных отно­ше­ний, — про­из­вод­ствен­ные отно­ше­ния людей. А так как эти отно­ше­ния, при всей их про­из­вод­ствен­ной сущ­но­сти, пред­став­ля­ют собой обще­ствен­ные отно­ше­ния, то и поли­ти­че­ская эко­но­мия явля­ет­ся соци­аль­ной нау­кой. «Поли­ти­че­ская эко­но­мия есть обще­ствен­ная нау­ка»[19], — гово­рит тов. Буха­рин.

Про­цесс мате­ри­аль­но­го про­из­вод­ства пред­став­ля­ет собой един­ство про­из­во­ди­тель­ных сил и про­из­вод­ствен­ных отно­ше­ний, осу­ществ­ля­ет­ся в их сов­мест­ном дви­же­нии. Вырас­та­ю­щие из про­цес­са про­из­вод­ства соци­аль­ные отно­ше­ния и, в первую оче­редь, его эко­но­ми­че­ская струк­ту­ра тес­но с ним срас­та­ют­ся, его обу­слов­ли­ва­ют. Един­ство мате­ри­аль­но-тех­ни­че­ских усло­вий про­из­вод­ства и соци­аль­но-эко­но­ми­че­ских отно­ше­ний, ана­ло­гич­но един­ству про­из­во­ди­тель­ных сил и про­из­вод­ствен­ных отно­ше­ний, так­же явля­ет­ся един­ством про­ти­во­по­лож­но­стей. И имен­но поэто­му соци­аль­но-эко­но­ми­че­ски струк­ту­ра обще­ства, обще­ствен­ная фор­ма про­из­вод­ства может быть, в целях иссле­до­ва­ния, в извест­ных пре­де­лах абстра­ги­ро­ва­на от мате­ри­аль­но-тех­ни­че­ской сто­ро­ны, веще­ствен­но­го содер­жа­ния про­цес­са про­из­вод­ства. Если пер­вая ста­но­вит­ся объ­ек­том поли­ти­че­ской эко­но­мии, то вто­рая изу­ча­ет­ся все­воз­мож­ны­ми тех­ни­че­ски­ми нау­ка­ми. И это обсто­я­тель­ство неод­но­крат­но отме­ча­ет­ся тов. Руби­ным, кото­рый счи­та­ет, что «после­до­ва­тель­но про­ве­ден­ное Марк­сом раз­ли­чие меж­ду мате­ри­аль­но-тех­ни­че­ским про­цес­сом про­из­вод­ства и его обще­ствен­ною фор­мою дает нам в руки ключ для пони­ма­ния всей его эко­но­ми­че­ской систе­мы. Оно сра­зу опре­де­ля­ет метод поли­ти­че­ской эко­но­мии, как нау­ки соци­аль­ной и исто­ри­че­ской. В пест­ро- мно­го­об­раз­ном хао­се хозяй­ствен­ной жиз­ни, пред­став­ля­ю­щей «соче­та­ние обще­ствен­ных свя­зей и тех­ни­че­ских при­е­мов, оно сра­зу направ­ля­ет наше вни­ма­ние имен­но на «обще­ствен­ные» свя­зи людей в про­цес­се про­из­вод­ства, на их про­из­вод­ствен­ные отно­ше­ния, для кото­рых тех­ни­ка про­из­вод­ства слу­жит пред­по­сыл­кой или осно­вою»[20].

С. Бес­со­нов так­же при­во­дит эту, без­услов­но вер­ную, цита­ту из кни­ги тов. Руби­на. Одна­ко это он дела­ет лишь для того, что­бы выста­вить про­тив подоб­но­го поло­же­ния кучу все­воз­мож­ных обви­не­ний. Он утвер­жда­ет, что «нико­гда и нигде еще до Руби­на марк­си­сты не про­ти­во­по­став­ля­ли соци­аль­но­го мате­ри­аль­но­му, по той про­стой при­чине, что мате­ри­аль­ное про­из­вод­ство, соглас­но марк­сист­ской кон­цеп­ции, насквозь соци­аль­но, т. е. обще­ствен­но обу­слов­ле­но»[21]. В этом месте, как это ни стран­но, тов. Бес­со­нов почти совсем прав. Ибо, дей­стви­тель­но, нель­зя про­ти­во­по­став­лять соци­аль­но­го мате­ри­аль­но­му, если под этим про­ти­во­по­став­ле­ни­ем пони­мать, соглас­но тов. Бес­со­но­ву, отрыв. Вер­но, что марк­си­сты нико­гда это­го не дела­ли, бес­спор­но, что мате­ри­аль­ное про­из­вод­ство обще­ствен­но обу­слов­ле­но. Но в том-то и дело, что тов. Рубин, про­тив кото­ро­го направ­ле­ны все эти утвер­жде­ния, и не дума­ет их отри­цать. Как это явствен­но сле­ду­ет из все­го кон­тек­ста его кни­ги, даже из тех мест, кото­рые при­вле­че­ны тов. Бес­со­но­вым для обви­не­ния, тов. Рубин даже и не думал отры­вать мате­ри­аль­ное от соци­аль­но­го. Он толь­ко дока­зы­ва­ет необ­хо­ди­мость и допу­сти­мость извест­но­го абстра­ги­ро­ва­ния, дока­зы­ва­ет, что эти момен­ты мож­но раз­ли­чать. Опа­са­ясь быть непра­виль­но поня­тым, тов. Рубин не забы­ва­ет, вме­сте с тем, под­черк­нуть (и это­го как раз тов. Бес­со­нов, по сво­е­му обык­но­ве­нию, не заме­ча­ет), что «меж­ду про­цес­сом про­из­вод­ства мате­ри­аль­ных благ и обще­ствен­ною фор­мою, в кото­рой он про­те­ка­ет, т. е. сово­куп­но­стью про­из­вод­ствен­ных отно­ше­ний людей, суще­ству­ет тес­ная связь и соот­вет­ствие. Дан­ная сово­куп­ность про­из­вод­ствен­ных отно­ше­ний людей при­спо­соб­ле­на к дан­но­му состо­я­нию про­из­во­ди­тель­ных сил, т. е. мате­ри­аль­но­го про­цес­са про­из­вод­ства, она дела­ет воз­мож­ным в тех или иных пре­де­лах про­цесс про­из­вод­ства мате­ри­аль­ных про­дук­тов, необ­хо­ди­мых для обще­ства»[22].

Ника­ко­го про­ти­во­по­став­ле­ния, ника­ко­го отры­ва мате­ри­аль­но­го от соци­аль­но­го мы у тов. Руби­на не нахо­дим. Он нигде не пыта­ет­ся ото­рвать друг от дру­га эти две сто­ро­ны еди­но­го про­цес­са мате­ри­аль­но­го про­из­вод­ства, утвер­жда­ет при­су­щее им един­ство и вза­и­мо­свя­зан­ность, гово­рит толь­ко лишь о раз­ли­чии мате­ри­аль­но-тех­ни­че­ско­го и соци­аль­но-эко­но­ми­че­ско­го. Един­ствен­ное, что жела­ет дока­зать И. Рубин, гово­ря о мате­ри­аль­ном про­из­вод­стве, это то, что марк­сист­ская поли­ти­че­ская эко­но­мия изу­ча­ет не мате­ри­аль­но-тех­ни­че­скую сто­ро­ну про­цес­са про­из­вод­ства, а его обще­ствен­ную фор­му. И про­тив это­го как раз и направ­ле­ны воз­ра­же­ния тов. Бес­со­но­ва, кото­рый во вся­ком науч­ном абстра­ги­ро­ва­нии, вполне закон­ном и допу­сти­мом, видит пол­ней­ший отрыв. Подоб­но тому, как ранее он не мог понять, что про­из­вод­ствен­ные отно­ше­ния мож­но изу­чать раз­дель­но от про­из­во­ди­тель­ных сил, в то же вре­мя не отры­вая одни от дру­гих, так он теперь не может понять, что изу­че­ние соци­аль­но-эко­но­ми­че­ской фор­мы про­цес­са про­из­вод­ства в ее абстрак­ции от мате­ри­аль­но-веще­ствен­ной сто­ро­ны это­го про­из­вод­ства не озна­ча­ет отры­ва соци­аль­но­го от мате­ри­аль­но­го. Обе эти круп­ней­шие ошиб­ки тес­но свя­за­ны меж­ду собой, они слу­жат вве­де­ни­ем, посте кото­ро­го тов. Бес­со­нов про­тас­ки­ва­ет свое соб­ствен­ное пони­ма­ние пред­ме­та и задач поли­ти­че­ской эко­но­мии, пони­ма­ние, ниче­го обще­го с марк­сиз­мом не име­ю­щее.

На самом же деле, поли­ти­че­ская эко­но­мия не зани­ма­ет­ся, да и не может зани­мать­ся, изу­че­ни­ем мате­ри­аль­но-веще­ствен­ной, тех­но­ло­ги­че­ской, сущ­но­сти про­из­вод­ства. Ее пред­мет изу­че­ния не может быть ничем иным, как толь­ко сово­куп­но­стью про­из­вод­ствен­ных отно­ше­ний товар­но-капи­та­ли­сти­че­ско­го хозяй­ства, его соци­аль­но-эко­но­ми­че­ской струк­ту­рой. От всех дру­гих про­блем и вопро­сов, свя­зан­ных с про­цес­сом мате­ри­аль­но­го про­из­вод­ства, поли­ти­че­ская эко­но­мия вынуж­де­на абстра­ги­ро­вать­ся, в силу есте­ствен­ной огра­ни­чен­но­сти ее охва­та. При этом абстра­ги­ро­ва­нии мате­ри­аль­но-тех­ни­че­ская сто­ро­на про­из­вод­ства отнюдь не отбра­сы­ва­ет­ся, не остав­ля­ет­ся сто­роне. Она все вре­мя пред­по­ла­га­ет­ся и, в слу­чае необ­хо­ди­мо­сти, при­вле­ка­ет­ся к иссле­до­ва­нию. Состав­ляя объ­ект поли­ти­че­ской эко­но­мии, сово­куп­ность про­из­вод­ствен­ных отно­ше­ний неор­га­ни­зо­ван­но­го хозяй­ства рас­смат­ри­ва­ет­ся ею не ото­рван­но, а иссле­ду­ет­ся как вырас­та­ю­щая на осно­ве дан­но­го раз­ви­тия про­из­во­ди­тель­ных сил, свя­зан­ная с про­цес­сом про­из­вод­ства мате­ри­аль­ных усло­вий чело­ве­че­ско­го суще­ство­ва­ния. Но, при всем этом, послед­ний не может пол­но­стью вхо­дить в объ­ект поли­ти­че­ской эко­но­мии, кото­рая, будучи соци­аль­ной нау­кой, име­ет свой опре­де­лен­ный пред­мет иссле­до­ва­ния, не изу­ча­ет про­цес­са про­из­вод­ства с его тех­ни­че­ской сто­ро­ны.

Подоб­ные, по суще­ству, эле­мен­тар­ные поло­же­ния, каза­лось, долж­ны были быть обще­из­вест­ны­ми и обще­при­знан­ны­ми. Не тут-то было. Тов. Бес­со­нов наста­и­ва­ет на вклю­че­нии тех­но­ло­гии в объ­ект поли­ти­че­ской эко­но­мии. «Как может Рубин — «ком­мен­та­тор» Марк­са — абстра­ги­ро­вать­ся от тех­но­ло­гии в поли­ти­че­ской эко­но­мии?»[23] — «недо­уме­ва­ю­ще» вопро­ша­ет он. Как сме­ет Рубин утвер­ждать, что в поли­ти­че­ской эко­но­мии не долж­на изу­чать­ся тех­ни­ка? «По мне­нию Руби­на, тех­ни­ка не име­ет ника­ко­го отно­ше­ния к соци­аль­ной сто­роне эко­но­ми­че­ских явле­ний, како­вая сто­ро­на явля­ет­ся есте­ствен­ным пред­ме­том поли­ти­че­ской эко­но­мии»[24]. А так как несо­мнен­но, что тех­ни­ка име­ет извест­ное отно­ше­ние к про­из­вод­ствен­ным отно­ше­ни­ям, кото­рые созда­ют­ся на осно­ве дан­ной тех­ни­ки (чего И. Рубин, и самом деле, и не отри­ца­ет), то и она долж­на быть вклю­че­на в объ­ект эко­но­ми­че­ской нау­ки. И вооб­ще, если хоть мало-маль­ски после­до­ва­тель­но при­дер­жи­вать­ся точ­ки зре­ния, выстав­ля­е­мой тов. Бес­со­но­вым, то мы долж­ны будем вклю­чить в поли­ти­че­скую эко­но­мию все то, что име­ет хоть какое-нибудь отно­ше­ние «к соци­аль­ной сто­роне эко­но­ми­че­ских явле­ний». Тех­но­ло­гия, тех­ни­ка, физи­ка, химия, мате­ма­ти­ка, транс­порт­ное дело, стро­и­тель­ные нор­мы — все это и еще мно­гое и мно­гое дру­гое долж­но будет вой­ти в пред­мет поли­ти­че­ской эко­но­мии. О том, в какой уни­вер­саль­но-тех­ни­че­ский, абсо­лют­но-негод­ный спра­воч­ник долж­на будет, в таком слу­чае, пре­вра­тить­ся поли­ти­че­ская эко­но­мия, тов. Бес­со­нов и не заду­мы­ва­ет­ся.

Уни­что­жая обще­ствен­ный харак­тер поли­ти­че­ской эко­но­мии, наш автор за воло­сы тянет на под­мо­гу Марк­са. Он заяв­ля­ет, что «Маркс думал совер­шен­но ина­че», чем Рубин. «Вспом­ним, напри­мер, как он отно­сил­ся к тех­но­ло­гии: «Тех­но­ло­гия, писал он в «Капи­та­ле», рас­кры­ва­ет актив­ное отно­ше­ние чело­ве­ка к при­ро­де, непо­сред­ствен­ный про­цесс про­из­вод­ства его жиз­ни, а сле­до­ва­тель­но, и обще­ствен­ных отно­ше­ний его жиз­ни и выте­ка­ю­щих из ни духов­ных пред­став­ле­ний». Поз­воль­те, как же это так? Толь­ко что ком­мен­та­тор Марк­са — Рубин — на сот­ню ладов разъ­яс­нял нам, что тех­но­ло­гия не име­ет отно­ше­ния к соци­аль­ным фор­мам обще­ствен­ных явле­ний, что это есть нечто, отно­ся­ще­е­ся к «есте­ствен­ным отно­ше­ни­ям пред­ме­тов», под­ле­жа­щее вся­че­ско­му изгна­нию из поли­ти­че­ской эко­но­мии в сфе­ру гру­бых нату­ра­ли­сти­че­ских кате­го­рий. А тут сам Маркс неожи­дан­но заяв­ля­ет, что тех­но­ло­гия рас­кры­ва­ет про­цесс про­из­вод­ства обще­ствен­ных отно­ше­ний чело­ве­че­ской жиз­ни, так как она рас­кры­ва­ет про­цесс про­из­вод­ства их жиз­ни вооб­ще»[25]. Сле­до­ва­тель­но, заклю­ча­ет тов. Бес­со­нов, поли­ти­че­ская эко­но­мя не может абстра­ги­ро­вать­ся от тех­но­ло­гии, долж­на зани­мать­ся ее изу­че­ни­ем.

Но ведь в этой цита­те Маркс гово­рит не толь­ко об обще­ствен­ных отно­ше­ни­ях, но и о духов­ных пред­став­ле­ни­ях. Что ж, в таком слу­чае, тех­но­ло­гия долж­на изу­чать­ся, по-види­мо­му, не толь­ко нау­кой об обще­ствен­ных отно­ше­ни­ях, — поли­ти­че­ской эко­ном­ней, но и той нау­кой, кото­рая изу­ча­ет духов­ные пред­став­ле­ния. Ведь и та и дру­гая нахо­дят­ся в извест­ной свя­зи с тех­но­ло­ги­ей, зачем же тогда ока­зы­вать неза­слу­жен­ное пред­по­чте­ние толь­ко одной из них, а не предо­ста­вить несчаст­ную тех­но­ло­гию обе­им нау­кам?

С дру­гой сто­ро­ны, в цита­те, на кото­рую пыта­ет­ся опе­реть­ся тов. Бес­со­нов, Маркс ни одним сло­вом не упо­ми­на­ет о невоз­мож­но­сти абстра­ги­ро­вать­ся в поли­ти­че­ской эко­но­мии от тех­но­ло­гии. Он гово­рит толь­ко о том, что тех­но­ло­гия нахо­дит­ся в свя­зи с про­из­вод­ствен­ны­ми отно­ше­ни­я­ми, что она объ­яс­ня­ет нам непо­сред­ствен­ное мате­ри­аль­ное про­из­вод­ство, в про­цес­се кото­ро­го про­ис­хо­дит про­из­вод­ство и созда­ние обще­ствен­ных отно­ше­ний. Но ведь это­го никто и не дума­ет отри­цать, и весь спор идет совсем в иной плос­ко­сти. Из того же, что тех­но­ло­гия свя­за­на с эко­но­ми­че­ски­ми отно­ше­ни­я­ми, ни в коем слу­чае еще не сле­ду­ет, что и та и дру­гие непре­мен­но долж­ны изу­чать­ся в пре­де­лах одной и той же нау­ки.

Маркс отнюдь не под­дер­жи­ва­ет тов. Бес­со­но­ва, не наме­ре­ва­ет­ся вклю­чать тех­но­ло­гию в пред­мет поли­ти­че­ской эко­но­мии. Раз­де­ле­ние тру­да, суще­ству­ю­щее меж­ду раз­лич­ны­ми нау­ка­ми, вызва­но осо­бен­но­стя­ми изу­ча­е­мых ими явле­ний. Оно уста­но­ви­лось, в зна­чи­тель­ной мере, бла­го­да­ря тру­дам осно­во­по­лож­ни­ков марк­сиз­ма, явля­ет­ся суще­ствен­но необ­хо­ди­мым для целей позна­ния объ­ек­тив­ной дей­стви­тель­но­сти. Поэто­му меха­ни­ка долж­на остать­ся и впредь пред­ме­том изу­че­ния для меха­ни­ки же, тех­ни­ка — нау­ки о тех­ни­ке, тех­но­ло­гия — тех­но­ло­гии. Что же каса­ет­ся про­из­вод­ствен­ных отно­ше­ний, то они долж­ны изу­чать­ся, как и ранее, поли­ти­че­ской эко­но­ми­ей. Но так как в ряде мест все эти нау­ки весь­ма близ­ко меж­ду собой сопри­ка­са­ют­ся, непо­сред­ствен­но под­хо­дят друг к дру­гу, то подоб­ное деле­ние, как и вся­кое иное, неиз­беж­но будет отно­си­тель­ным, а не абсо­лют­ным, мате­ри­ал, обра­ба­ты­ва­е­мый одни­ми нау­ка­ми, будет слу­жить пред­по­сыл­кой для пред­ме­та, изу­ча­е­мо­го дру­гой нау­кой. Но это обсто­я­тель­ство, ни в коем слу­чае, не долж­но сму­щать иссле­до­ва­те­ля, не долж­но застав­лять его объ­еди­нять все эти нау­ки.

Клас­си­че­ская поли­ти­че­ская эко­но­мия не мог­ла после­до­ва­тель­но про­ве­сти раз­ли­чие меж­ду мате­ри­аль­но-тех­ни­че­ской и соци­аль­ной сто­ро­на­ми про­цес­са про­из­вод­ства. Она сме­ши­ва­ла их воеди­но, отож­деств­ля­ла соци­аль­но-эко­но­ми­че­ские фор­мы вещей с их мате­ри­аль­ной сущ­но­стью. В этом отно­ше­нии она вооб­ще при­бли­жа­ет­ся к бур­жу­аз­ной тео­ре­ти­че­ской эко­но­мии, при­пи­сы­ва­ю­щей есте­ствен­ным свой­ствам вещей те или иные обще­ствен­ные опре­де­ле­ния. Маркс жесто­ко кри­ти­ку­ет и бес­пре­стан­но высме­и­ва­ет пред­ше­ство­вав­шую ему эко­но­ми­че­скую мысль за этот ее недо­ста­ток. Он ста­вит в вину Ада­му Сми­ту, что тот «пере­чис­ля­ет те пред­ме­ты, те веще­ствен­ные эле­мен­ты, кото­рые обра­зу­ют основ­ной капи­тал, и те, кото­рые обра­зу­ют обо­рот­ный капи­тал, как буд­то такое пред­на­зна­че­ние при­су­ще пред­ме­там веще­ствен­но, от при­ро­ды, как буд­то эти кате­го­рии выте­ка­ют не из опре­де­лен­ных функ­ций этих пред­ме­тов в капи­та­ли­сти­че­ском про­цес­се про­из­вод­ства»[26]. Раз­ни­цу меж­ду основ­ным и обо­рот­ным капи­та­лом сле­ду­ет выво­дить не из есте­ствен­ных свойств этих пред­ме­тов, а из выпол­ня­е­мой ими эко­но­ми­че­ской роли.

В про­ти­во­по­лож­ность клас­си­кам, в отли­чие от всей бур­жу­аз­ной поли­ти­че­ской эко­но­мии, счи­тав­шей и счи­та­ю­щей пал­ку дика­ря таким же капи­та­лом, как и фаб­ри­ку англий­ско­го капи­та­ли­ста, Маркс ука­зы­ва­ет, что сущ­ность эко­но­ми­че­ских кате­го­рий сле­ду­ет искать не в свой­ствах вещей, а в скры­тых за ними обще­ствен­ных отно­ше­ни­ях про­из­вод­ства. Он отме­ча­ет «при­су­щий бур­жу­аз­ной поли­ти­че­ской эко­но­мии фети­шизм, кото­рый обще­ствен­ный, эко­но­ми­че­ский харак­тер, накла­ды­ва­е­мый на вещи обще­ствен­ным про­цес­сом про­из­вод­ства, пре­вра­ща­ет в есте­ствен­ный, из самой при­ро­ды вещей выте­ка­ю­щий харак­тер Так, напр., «сред­ства тру­да суть основ­ной капи­тал», есть схо­ла­сти­че­ское опре­де­ле­ние, веду­щее к про­ти­во­ре­чи­ям и пута­ни­це». Пра­виль­ный, един­ствен­но науч­ный метод ана­ли­за эко­но­ми­че­ских кате­го­рий заклю­ча­ет­ся не в иссле­до­ва­нии их есте­ствен­но­го харак­те­ра, а в нахож­де­нии их обще­ствен­ной сущ­но­сти. «Сред­ства тру­да толь­ко тогда явля­ют­ся основ­ным капи­та­лом, когда про­цесс про­из­вод­ства есть вооб­ще капи­та­ли­сти­че­ский про­из­вод­ствен­ный про­цесс, и, сле­до­ва­тель­но, сред­ства про­из­вод­ства — вооб­ще капи­тал, если они обла­да­ют эко­но­ми­че­ским обще­ствен­ным харак­те­ром капи­та­ла, и, с дру­гой сто­ро­ны, они явля­ют­ся основ­ным капи­та­лом лишь в том слу­чае, если они извест­ным опре­де­лен­ным обра­зом пере­но­сят свою сто­и­мость на про­дукт»[27]. Во всех ана­ли­зи­ру­е­мых им кате­го­ри­ях Марк с вели­чай­шим искус­ством отыс­ки­ва­ет этот эко­но­ми­че­ский, обще­ствен­ный харак­тер. Это отли­ча­ет его тео­рию от бур­жу­аз­ной эко­но­ми­че­ской нау­ки, явля­ет­ся одной из зна­чи­тель­ней­ших заслуг Марк­са в обла­сти поли­ти­че­ской эко­но­мии. Вме­сте с тем, при­су­щий постро­е­ни­ям Марк­са, обще­ствен­ный под­ход помо­га­ет ему в ана­ли­зе наи­бо­лее слож­ных, наи­бо­лее запу­тан­ных кате­го­рий бур­жу­аз­но­го спо­со­ба про­из­вод­ства, дает руко­во­дя­щую нить, веду­щую к пони­ма­нию сокро­вен­но­го смыс­ла этих кате­го­рий.

После­до­ва­тель­но про­ве­ден­ная обще­ствен­ная точ­ка зре­ния помог­ла Марк­су про­ник­нуть в глубь эко­но­ми­ки бур­жу­аз­но­го обще­ства. Уста­но­вив в каче­стве исход­но­го поло­же­ния, что, «как и при вся­кой исто­ри­че­ской, соци­аль­ной нау­ке, по отно­ше­нию к эко­но­ми­че­ским кате­го­ри­ям нуж­но посто­ян­но иметь в виду, что как в дей­стви­тель­но­сти, так и в голо­ве здесь дан субъ­ект, — в нашем слу­чае совре­мен­ное бур­жу­аз­ное обще­ство, — и что поэто­му кате­го­рии выра­жа­ют фор­мы бытия, усло­вия суще­ство­ва­ния, часто толь­ко отдель­ные сто­ро­ны это­го опре­де­лен­но­го обще­ства, это­го субъ­ек­та»[28], он все вре­мя неиз­мен­но при­дер­жи­ва­ет­ся этих основ­ных, для его эко­но­ми­че­ской систе­мы, поло­же­ний. Даже тогда, когда соци­аль­но-эко­но­ми­че­ская сто­ро­на явле­ния исклю­чи­тель­но тес­но спле­те­на с мате­ри­аль­но-веще­ствен­ной, Маркс уме­ло выде­ля­ет первую, как состав­ля­ю­щую истин­ный объ­ект поли­ти­че­ской эко­но­мии, хотя она и воз­ни­ка­ет на осно­ве вто­рой. Как на один из мно­гих при­ме­ров мож­но ука­зать на раз­ли­чие, про­во­ди­мое Марк­сом меж­ду основ­ным и обо­рот­ным капи­та­лом. В орга­ни­че­ском соста­ве капи­та­ла Марк­са инте­ре­су­ет преж­де все­го соб­ствен­но орга­ни­че­ский состав капи­та­ла, а не его тех­ни­че­ский состав хотя обе эти сто­ро­ны про­бле­мы нераз­рыв­но свя­за­ны и вза­им­но обу­слов­ле­ны. Вопре­ки все­му это­му, тов. Бес­со­нов отри­ца­ет обще­ствен­ный харак­тер поли­ти­че­ской эко­но­мии Марк­са, отвер­га­ет мысль об его обще­ствен­ном под­хо­де к ана­ли­зу эко­но­ми­че­ских явле­ний. Если И. Рубин отме­ча­ет эту сто­ро­ну эко­но­ми­че­ской тео­рии Марк­са, как его «вели­кую заслу­гу», то тов. Бес­со­нов немед­лен­но начи­на­ет воз­ра­жать. «Стран­но, одна­ко, что Маркс ни разу заме­тил и ни разу не ука­зал на эту свою «вели­кую заслу­гу» перед поли­ти­че­ской эко­но­ми­ей, ни разу не отме­тил той «совер­шен­но новой мето­до­ло­ги­че­ской поста­нов­ки эко­но­ми­че­ских про­блем», кото­рая, по сло­вам Рубив, заклю­ча­ет­ся в том, что он — Маркс — в отли­чие от сво­их пред­ше­ствен­ни­ков не сме­ши­вал «соци­аль­ных форм» с «мате­ри­аль­но-тех­ни­че­ским про­цес­сом про­из­вод­ства, а «стро­го», «после­до­ва­тель­но» и «точ­но» раз­ли­чал их. Мол­ча­ние Марк­са объ­яс­ня­ет­ся очень про­сто. Рубин про­сто-на-про­сто при­пи­сал Марк­су свое соб­ствен­ное и при­том совсем невер­ное измыш­ле­ние»[29]. И далее тов. Бес­со­нов, не сму­ща­ясь, утвер­жда­ет, что Маркс и не думал раз­ли­чать обще­ствен­ной сто­ро­ны про­из­вод­ства от мате­ри­аль­но-тех­ни­че­ской, а объ­еди­нял их в сво­ей поли­ти­че­ской эко­но­мии. И совсем не в этом заклю­ча­ет­ся раз­ли­чие меж­ду ним и клас­си­че­ской поли­ти­че­ской эко­но­ми­ей. Един­ствен­ный раз­де­ля­ю­щий их момент заклю­ча­ет­ся лишь в том, что Маркс пони­мал пре­хо­дя­щий харак­тер капи­та­лиз­ма, а клас­си­ки счи­та­ли этот спо­соб про­из­вод­ства веч­ным и есте­ствен­ным. Тов. Бес­со­нов не видит того, что Маркс смог дать ана­лиз капи­та­лиз­ма, как исто­ри­че­ски пре­хо­дя­ще­го, толь­ко пото­му, что он изу­чал не мате­ри­аль­но-тех­ни­че­скую сто­ро­ну про­из­вод­ства, а обще­ствен­ную. Он счи­та­ет, что если бы Маркс дей­стви­тель­но захо­тел, в про­ти­во­по­лож­ность клас­си­кам, отка­зать­ся от сме­ше­ния мате­ри­аль­но-тех­ни­че­ских и обще­ствен­ных эле­мен­тов про­из­вод­ства, то он обя­за­тель­но заявил бы об этом пря­мо и гро­мо­глас­но. А меж­ду тем, как извест­но, Маркс нигде не поста­вил себе в заслу­гу отказ от отож­деств­ле­ния этих сто­рон про­из­вод­ства. Сле­до­ва­тель­но, заклю­ча­ет тов. Бес­со­нов, он ниче­го ново­го в этом вопро­се, по срав­не­нию с клас­си­че­ской поли­ти­че­ской эко­но­ми­ей не внес, остал­ся, в основ­ном, на раз­де­ля­е­мой ими точ­ке зре­ния.

Затем наш автор берет­ся дока­зать, что Маркс все­гда отста­и­вал отож­деств­ле­ние соци­аль­но-эко­но­ми­че­ской и мате­ри­аль­но-тех­ни­че­ской сто­рон про­из­вод­ства, и не толь­ко сам не про­во­дил раз­ли­чия меж­ду ними, но актив­но борол­ся с теми, кто был про­тив подоб­но­го отож­деств­ле­ния и, счи­тая их точ­ку зре­ния непра­виль­ной, «реши­тель­но раз­об­ла­чил подоб­ную ошиб­ку». Это он сде­лал, по мне­нию тов. Бес­со­но­ва, в ниже­сле­ду­ю­щей цита­те, кото­рая поче­му-то опять-таки фигу­ри­ру­ет в раз­би­ра­е­мой ста­тье в зна­чи­тель­но уре­зан­ном, куцом виде. «Взгляд, соглас­но кото­ро­му лишь рас­пре­де­ли­тель­ные, а не про­из­вод­ствен­ные отно­ше­ния долж­ны рас­смат­ри­вать­ся как исто­ри­че­ски дан­ные, есть, с одной сто­ро­ны, взгляд толь­ко что про­бу­див­шей­ся, но еще свя­зан­ной кри­ти­ки бур­жу­аз­ной эко­но­мии. С дру­гой сто­ро­ны, он поко­ит­ся на сме­ше­нии и отож­деств­ле­нии обще­ствен­но­го про­цес­са про­из­вод­ства с про­стым про­цес­сом тру­да, кото­рый дол­жен был бы совер­шать и ненор­маль­но изо­ли­ро­ван­ный чело­век, очу­тив­ший­ся вне вся­ко­го содей­ствия со сто­ро­ны обще­ства. Посколь­ку про­цесс тру­да есть толь­ко про­цесс меж­ду чело­ве­ком и при­ро­дой, его про­стые эле­мен­ты общи всем фор­мам обще­ствен­но­го раз­ви­тия. Но каж­дая опре­де­лен­ная исто­ри­че­ская фор­ма это­го про­цес­са раз­ви­ва­ет далее его мате­ри­аль­ные осно­вы и его обще­ствен­ные фор­мы»[30].

Не най­дя у Марк­са под­твер­жде­ния сво­ей точ­ки зре­ния, тов. Бес­со­нов, за неиме­ни­ем луч­ше­го, при­во­дит нача­ло этой цита­ты, отбра­сы­вая две послед­ние фра­зы. Он, оче­вид­но, наде­ет­ся, что чита­тель его ста­тьи ока­жет­ся настоль­ко довер­чи­вым, что пове­рит, буд­то бы сло­ва Марк­са под­дер­жи­ва­ют защи­ща­е­мые и поло­же­ния. Меж­ду тем, на самом деле, дан­ный отры­вок опять-таки гово­рит отнюдь не в поль­зу тов. Бес­со­но­ва. Маркс под­чер­ки­ва­ет зна­че­ние про­из­вод­ствен­ных отно­ше­ний, отме­ча­ет, что обще­ствен­ный про­цесс про­из­вод­ства, в силу при­су­щих ему обще­ствен­ных черт, отли­ча­ет­ся от про­сто­го про­цес­са тру­да. Поэто­му про­цесс тру­да дол­жен рас­смат­ри­вать­ся не как тако­вой, не как обмен веществ меж­ду чело­ве­ком и при­ро­дой, не как вне­исто­ри­че­ский про­цесс, а как опре­де­лен­ная исто­ри­че­ская и обще­ствен­ная фор­ма про­цес­са про­из­вод­ства. Послед­ний же харак­те­ри­зу­ет­ся толь­ко раз­ви­ти­ем обе­их его сто­рон — «мате­ри­аль­ных основ» и «обще­ствен­ных форм». Таким обра­зом, Маркс дей­стви­тель­но «реши­тель­но раз­об­ла­ча­ет» ошиб­ку… само­го тов. Бес­со­но­ва, счи­та­ет нуж­ным раз­ли­чать «мате­ри­аль­ные осно­вы» и «обще­ствен­ные фор­мы». Нам оста­ет­ся толь­ко от души посо­чув­ство­вать поло­же­нию тов. Бес­со­но­ва, кото­рый, чув­ствуя сла­бо и неустой­чи­вость сво­ей пози­ции, готов, подоб­но уто­па­ю­ще­му, судо­рож­но уце­пить­ся за любую соло­мин­ку, за любую фра­зу Марк­са, не обра­щая ника­ко­го вни­ма­ния на ее смысл, на ее дей­стви­тель­ное содер­жа­ние.

Впро­чем, отож­деств­ле­ние тов. Бес­со­но­вым мате­ри­аль­но-тех­ни­че­ской и соци­аль­но-эко­но­ми­че­ской сто­рон про­цес­са про­из­вод­ства не явля­ет­ся слу­чай­ной ошиб­кой или недо­ра­зу­ме­ни­ем. Несо­мнен­но, что мы име­ем здесь дело с целой систе­мой взгля­дов, с осо­бой кон­цеп­ци­ей, лов­ко и уме­ло реви­зу­ю­щей Марк­са. Эта кон­цеп­ция ведет к пре­вра­ще­нию марк­сист­ской эко­но­ми­че­ской тео­рии в тео­рию, ничем не отли­ча­ю­щу­ю­ся от взгля­дов любо­го пред­ста­ви­те­ля бур­жу­аз­ной поли­ти­че­ской эко­но­мии. Все ста­ра­ния тов. Бес­со­но­ва направ­ле­ны на дока­за­тель­ство того, что Маркс не раз­ли­чал, не диф­фе­рен­ци­ро­вал раз­лич­ных сто­рон про­цес­са про­из­вод­ства мате­ри­аль­ной жиз­ни. Он вся­че­ски ста­ра­ет­ся рас­тво­рить обще­ствен­ные отно­ше­ния про­из­вод­ства в мате­ри­аль­ных осно­вах это­го про­цес­са, пре­вра­тить поли­ти­че­скую эко­но­мию из обще­ствен­ной нау­ки в вуль­гар­но-нату­ра­ли­сти­че­скую тео­рию. Сти­рая раз­ли­чие меж­ду обще­ствен­ной фор­мой и мате­ри­аль­ным содер­жа­ни­ем, посред­ством уни­что­же­ния свое­об­ра­зия пер­вой, тов. Бес­со­нов тем самым не толь­ко лиша­ет поли­ти­че­скую эко­но­мию ее исто­ри­че­ско­го и соци­аль­но­го харак­те­ра, но под покро­вом гром­ких слов и ультра-«материалистических» выска­зы­ва­ний уве­ко­ве­чи­ва­ет капи­та­ли­сти­че­ский спо­соб про­из­вод­ства, опро­ки­ды­ва­ет Марк­со­ву тео­рию соци­аль­ной рево­лю­ции. Послед­няя может быть науч­но позна­на толь­ко на осно­ве ана­ли­за про­ти­во­ре­чия меж­ду соци­аль­но-эко­но­ми­че­ской и мате­ри­аль­но-тех­ни­че­ской сто­ро­на­ми про­цес­са про­из­вод­ства, а отнюдь не посред­ством их отож­деств­ле­ния.

Став на гру­бо-нату­ра­ли­сти­че­скую точ­ку зре­ния, тов. Бес­со­нов, разу­ме­ет­ся, не видит, да и не может уви­деть, раз­ли­чия меж­ду Марк­со­вой эко­но­ми­че­ской нау­кой и бур­жу­аз­ной поли­ти­че­ской эко­но­ми­ей, соли­да­ри­зи­ру­ет­ся с послед­ней. Бур­жу­аз­ные эко­но­ми­сты всех школ и направ­ле­ний (о соци­аль­ном направ­ле­нии мы сей­час не гово­рим) все­гда и вез­де при­пи­сы­ва­ли и при­пи­сы­ва­ют самим вещам их свой­ство выпол­нять те или иные обще­ствен­ные функ­ции, счи­та­ют, что это свой­ство явля­ет­ся их есте­ствен­ным каче­ством. Тов. Бес­со­нов раб­ски сле­ду­ет по это­му пути, повто­ря­ет ошиб­ки бур­жу­аз­ной поли­ти­че­ской эко­но­мии. Он так­же пред­ла­га­ет искать сущ­ность обще­ствен­ных отно­ше­ний в есте­ствен­ных свой­ствах вещей, в тех­но­ло­ги­че­ских про­цес­сах, про­ис­хо­дя­щих в этих вещах и меж­ду ними. При чем эта вуль­гар­на точ­ка зре­ния, про­тив кото­рой неустан­но боро­лись осно­во­по­лож­ни­ки науч­но­го соци­а­лиз­ма, точ­ка зре­ния, зара­нее отка­зы­ва­ю­ща­я­ся про­ник­нуть вглубь эко­но­ми­ки дан­но­го обще­ства, при­пи­сы­ва­ет­ся им Марк­су. «Впер­вые к исто­рии чело­ве­че­ской мыс­ли уста­но­вив зна­че­ние тех­но­ло­гии для рас­кры­тия обще­ствен­ных отно­ше­ний про­из­вод­ства, гени­аль­ный мыс­ли­тель, в меру сво­их сил и спо­соб­но­стей, неустан­но пытал­ся овла­деть тай­на­ми тех­но­ло­ги­че­ских про­цес­сов, тща­тель­но отыс­ки­вая в них то, что мог­ло помочь ему рас­крыть тай­ну обще­ствен­ных отно­ше­ний»[31]. Или, ина­че гово­ря, не верь­те, когда вам гово­рят, что «эко­но­ми­че­ские кате­го­рии — это абстрак­ции обще­ствен­ных отно­ше­ний про­из­вод­ства». Совсем не в этом заклю­ча­ет­ся их сущ­ность и не здесь отыс­ки­вал Маркс раз­ре­ше­ния эко­но­ми­че­ских вопро­сов и про­блем. На самом деле, эко­но­ми­че­ские кате­го­рии пред­став­ля­ют собой ничто иное, как тех­но­ло­ги­че­ские про­цес­сы, ибо в этих про­цес­сах скры­та тай­на обще­ствен­ных отно­ше­ний. Что может быть про­ще и «мате­ри­а­ли­стич­нее» подоб­но­го поло­же­ния? Так, напр., капи­тал, с этой точ­ки зре­ния, будет пред­став­лять собой спо­соб­ность средств и ору­дий про­из­вод­ства, посред­ством извест­ных тех­но­ло­ги­че­ских про­цес­сов, созда­вать новые пред­ме­ты, вза­мен потреб­лен­ных в про­цес­се про­из­вод­ства. День­ги будут пред­став­лять собой тех­но­ло­ги­че­ский про­цесс транс­пор­ти­ро­ва­ния сто­и­мо­стей. Абстракт­ный же труд явля­ет­ся тех­но­ло­ги­че­ским рас­хо­до­ва­ни­ем физио­ло­ги­че­ской энер­гии чело­ве­ка. И эта реви­зи­о­нист­ская точ­ка зре­ния, с самым серьез­ным видом, пре­под­но­сит­ся тов. Бес­со­но­вым чита­те­лю, как допод­лин­ный марк­сизм, «очи­щен­ный» от рубин­ских извра­ще­ний. Дей­стви­тель­но, мы име­ем здесь пол­ное очи­ще­ние поли­ти­че­ской эко­но­мии от вся­ких и вся­че­ских сле­дов марк­сиз­ма.

Попыт­ка тов. Бес­со­но­ва све­сти обще­ствен­ные отно­ше­ния про­из­вод­ства к тех­но­ло­ги­че­ским про­цес­сам явля­ет­ся в корне анти­марк­сист­ской, явно реви­зи­о­нист­ской. Вме­сте с тем она харак­те­ри­зу­ет всю основ­ную тео­ре­ти­че­скую уста­нов­ку наше­го авто­ра, дает нам осно­ва­ние заявить об отхо­де неко­то­рых наших эко­но­ми­стов от марк­сист­ской поли­ти­че­ской эко­но­мии. В нача­ле насто­я­щей ста­тьи нам при­шлось уже упо­мя­нуть, что поли­ти­че­ская эко­но­мия явля­ет­ся дале­ко не един­ствен­ной нау­кой, в кото­рой заме­ча­ют­ся немарк­сист­ские выступ­ле­ния, раз­лич­но­го рода тео­ре­ти­че­ские укло­ны. Меж­ду все­ми подоб­ны­ми выступ­ле­ни­я­ми, несмот­ря на то что они име­ют место в самых раз­лич­ных нау­ках, суще­ству­ет извест­ная связь и соот­вет­ствие. Диа­лек­ти­че­ский мате­ри­а­лизм, пред­став­ляя собой марк­сист­скую фило­со­фию, явля­ет­ся все­об­щим мето­дом позна­ния. Он ста­вит и раз­ре­ша­ет, в наи­бо­лее общей фор­ме, все те основ­ные мето­до­ло­ги­че­ские вопро­сы, с кото­ры­ми при­хо­дит­ся стал­ки­вать­ся дру­гим, более кон­крет­ным обще­ствен­ным нау­кам. Поэто­му и те реви­зи­о­нист­ские пополз­но­ве­ния, кото­рые име­ют место в обла­сти фило­со­фии, тес­но свя­за­ны с подоб­ны­ми же попыт­ка­ми в дру­гих нау­ках, ста­вят, в основ­ном, те же самые вопро­сы, но толь­ко в несколь­ко ином аспек­те. Боль­шин­ство тех про­блем, кото­рые теперь, в их эко­но­ми­че­ском при­ло­же­нии, затра­ги­ва­ет тов. Бес­со­нов, в ином виде, в несколь­ко иной фор­ме слу­жи­ли не так дав­но объ­ек­том самой оже­сто­чен­ной дис­кус­сии в обла­сти марк­сист­ской фило­со­фии. В сло­вах и утвер­жде­ни­ях тов. Бес­со­но­ва сплошь и рядом про­скаль­зы­ва­ет анти­диа­лек­ти­че­ская, меха­ни­че­ская (или, если хоти­те, «меха­ни­сти­че­ская») кон­цеп­ция наших меха­ни­стов. Меж­ду ними и тов. Бес­со­но­вым заме­ча­ет­ся опре­де­лен­ное идео­ло­ги­че­ское род­ство.

Основ­ное утвер­жде­ние тов. Бес­со­но­ва, к кото­ро­му по суще­ству сво­дит­ся вся его «кри­ти­ка» И. Руби­на, заклю­ча­ет­ся в про­воз­гла­ше­нии необ­хо­ди­мо­сти осу­ще­ствить «све­де­ние» обще­ствен­ных отно­ше­ний к тех­но­ло­ги­че­ским про­цес­сам, к мате­ри­аль­но-тех­ни­че­ским про­цес­сам, как это буд­то бы делал Маркс. Сущ­ность обще­ствен­ных отно­ше­ний сле­ду­ет искать в тех­но­ло­ги­че­ских тай­нах. Соот­вет­ствен­но это­му поли­ти­че­ская эко­но­мия долж­на изу­чать не про­из­вод­ствен­ные отно­ше­ния, а мате­ри­аль­но-тех­ни­че­ский про­цесс про­из­вод­ства, его веще­ствен­ную сто­ро­ну. Так как соци­аль­но-эко­но­ми­че­ские отно­ше­ния вырас­та­ют на мате­ри­аль­ной осно­ве, ею обу­слов­ли­ва­ют­ся, то они не заклю­ча­ют в себе ниче­го тако­го, что не мог­ло быть позна­но посред­ством изу­че­ния этой мате­ри­аль­но-тех­ни­че­ской осно­вы. Если Маркс под­чер­ки­ва­ет связь про­из­вод­ствен­ных отно­ше­ний с про­цес­сом мате­ри­аль­но­го про­из­вод­ства, тов. Бес­со­нов немед­лен­но дела­ет из это­го вывод, что про­из­вод­ствен­ные отно­ше­ния могут быть иссле­до­ва­ны толь­ко посред­ством изу­че­ния про­цес­са мате­ри­аль­но­го про­из­вод­ства и исхо­дя из его веще­ствен­но-тех­но­ло­ги­че­ской сущ­но­сти. «Мало того, Маркс не толь­ко счи­та­ет невоз­мож­ным понять обще­ствен­ные отно­ше­ния без уста­нов­ле­ния их свя­зи с мате­ри­аль­ным про­из­вод­ством, но он пря­мо гово­рит здесь, что един­ствен­но науч­ный, метод изу­че­ния заклю­ча­ет­ся имен­но в том, что­бы, исхо­дя из мате­ри­аль­но­го про­из­вод­ства, понять раз­ви­тие обще­ствен­ных и духов­ных отно­ше­ний»[32]. А, исхо­дя из это­го, уже совсем лег­ко при­пи­сать есте­ствен­ным свой­ствам вещей их обще­ствен­ные функ­ции. «Вещи, по Марк­су, раз­ли­ча­ют­ся меж­ду собой, преж­де все­го, по сво­им есте­ствен­ным свой­ствам и каче­ствам. Каза­лось бы, что это раз­ли­чие цели­ком нату­ра­ли­сти­че­ское, а не обще­ствен­ное. И, тем не менее, Маркс думал ина­че»[33], при­пи­сы­вал есте­ствен­ным свой­ствам вещей их обще­ствен­ные каче­ства.

В сво­ем стрем­ле­нии вклю­чить тех­но­ло­гию в пред­мет поли­ти­че­ской эко­но­мии Бес­со­нов начи­на­ет гово­рить, что Маркс раз­ли­чал вещи по их «есте­ствен­ным свой­ствам и каче­ствам». По мне­нию тов. Бес­со­но­ва, соглас­но этим есте­ствен­ным свой­ствам и раз­ли­ча­ют­ся меж­ду собою пред­ме­ты тру­да, ору­дий тру­да, сырой мате­ри­ал и т. д. «Мир мате­ри­аль­ных вещей, — пишет он, — рас­па­да­ет­ся по Марк­су: 1) на про­дук­ты тру­да, 2) на пред­ме­ты тру­да, 3) на ору­дия тру­да»[34]. Таким обра­зом, это раз­ли­чие, дума­ет тов. Бес­со­нов, явля­ет­ся есте­ствен­ным, а не исто­ри­че­ским и соци­аль­ным. Меж­ду тем, на самом деле вещи раз­де­ля­ют­ся на сред­ства тру­да и ору­дия тру­да, отнюдь не соглас­но их есте­ствен­ным свой­ствам, а соот­вет­ствен­но их исто­ри­че­ской и обще­ствен­ной роли. Пер­вый взгляд есть точ­ка зре­ния бур­жу­аз­ной поли­ти­че­ской эко­но­мии. Маркс же все­гда отста­и­вал исто­рич­ность подоб­ных деле­ний. В той гла­ве «Капи­та­ла», на кото­рую в под­твер­жде­ние сво­ей точ­ки зре­ния ссы­ла­ет­ся тов. Бес­со­нов, он пишет, что здесь «про­цесс тру­да необ­хо­ди­мо рас­смот­реть сна­ча­ла неза­ви­си­мо от какой бы то ни было опре­де­лен­ной обще­ствен­ной фор­мы»[35]. В этом месте Маркс как раз дает те опре­де­ле­ния, кото­рые он мно­го раз назы­ва­ет «бес­со­дер­жа­тель­ны­ми» и «шаб­лон­ны­ми», для того что­бы на их осно­ве перей­ти затем к обще­ствен­ной харак­те­ри­сти­ке про­цес­са тру­да. А тов. Бес­со­нов пред­став­ля­ет это место «Капи­та­ла» так, как буд­то бы Маркс из есте­ствен­ных свойств вещей выво­дил их обще­ствен­ные раз­ли­чия, отри­цал за сами­ми эти­ми веща­ми их обще­ствен­ные каче­ства, их обще­ствен­ные функ­ции. И здесь он про­ти­во­ре­чит, преж­де все­го, само­му себе. Несколь­ки­ми стра­ни­ца­ми ранее тов. Бес­со­нов сам уси­лен­но под­чер­ки­ва­ет, что мате­ри­аль­но-тех­ни­че­ские эле­мен­ты про­из­вод­ства обла­да­ют соци­аль­ны­ми свой­ства­ми, бес­пре­стан­но вос­кли­цал: «Кто посме­ет отка­зать это­му мате­ри­аль­но­му про­из­вод­ству в эпи­те­те «соци­аль­ное» и «исто­ри­че­ское»? Кто осме­лит­ся утвер­ждать, что Маркс хоть в одном месте и хоть одни сло­вом назы­вал мате­ри­аль­ное про­из­вод­ство «несо­ци­аль­ным» и «неисто­ри­че­ским»»[36]. Дей­стви­тель­но, кто сто­ит на такой точ­ке зре­ния? Мы опа­са­ем­ся, что нам при­дет­ся ука­зать на одно­го подоб­но­го смель­ча­ка.

Вопрос о «сведé­нии», в несколь­ко заву­а­ли­ро­ван­ной фор­ме пода­ва­е­мый в ста­тье тов. Бес­со­но­ва, когда он наста­и­ва­ет на раз­ре­ше­нии тайн обще­ствен­ных отно­ше­ний тай­на­ми тех­но­ло­ги­че­ских про­цес­сов, был в ином, общем виде цен­траль­ным вопро­сом в спо­рах с меха­ни­ста­ми. Их основ­ная точ­ка зре­ния заклю­ча­лась в том, что они при­зна­ва­ли воз­мож­ным исчер­пы­ва­ю­щее све­де­ние более слож­ных явле­ний к про­стым зако­но­мер­но­стям, лежа­щим в их осно­ве. Соглас­но этой точ­ке зре­ния, био­ло­ги­че­ские явле­ния мож­но цели­ком све­сти к физи­че­ским и хими­че­ским. Физи­ко-хими­че­ские же явле­ния в свою оче­редь могут быть све­де­ны к меха­ни­че­ским. Мыш­ле­ние мож­но пол­но­стью объ­яс­нить через позна­ние физи­ко-хими­че­ских зако­нов, кото­ры­ми оно пол­но­стью исчер­пы­ва­ет­ся. Соци­аль­ные же явле­ния так­же могут быть све­де­ны к этим есте­ствен­ным зако­нам и зако­но­мер­но­стям (к тех­но­ло­гии, как утвер­жда­ет тов. Бес­со­нов). В про­ис­шед­шей засим дис­кус­сии это основ­ное поло­же­ние меха­ни­стов было под­верг­ну­то жесто­кой кри­ти­ке. Тогда же была дока­за­на пол­ная нена­уч­ность и анти­диа­лек­тич­ность подоб­но­го «све­де­ния», было уста­нов­ле­но, что «созна­ние нель­зя ни сво­дить к дви­же­нию мате­рии, ни объ­яс­нять этим дви­же­ни­ем. Спо­соб­ность мате­рии ощу­тить и мыс­лить пред­став­ля­ет собой некое спе­ци­фи­че­ское и основ­ное свой­ство или «каче­ство ее, кото­рое не может быть све­де­но не толь­ко к меха­ни­ке, но и к какой-либо дру­гой фор­ме дви­же­ния. И так как ощу­ще­ние и созна­ние при­су­щи в той или иной сте­пе­ни орга­ни­че­ской жиз­ни, то выхо­дит, что и био­ло­гия так­же не может быть «све­де­на» не толь­ко к меха­ни­ке, но и физи­че­ским и хими­че­ским про­цес­сам»[37]. Меж­ду все­ми эти­ми зако­на­ми и про­цес­са­ми долж­ны быть уста­нов­ле­ны извест­ная связь и пре­ем­ствен­ность. Но при этом новое, спе­ци­фи­че­ское каче­ство, состав­ля­ю­щее осо­бен­ность дан­но­го явле­ния, долж­но быть иссле­до­ва­но имен­но как новое каче­ство во всем его свое­об­ра­зии, цели­ком ни к чему дру­го­му не сво­ди­мое.

Теперь этот же самый, дале­ко не новый вопрос о «сведé­нии» слож­ных явле­ний к более про­стым, одних качеств к дру­гим вновь под­ни­ма­ет­ся ста­тьей тов. Бес­со­но­ва при­ме­ни­тель­но к поли­ти­че­ской эко­но­мии. Спра­ши­ва­ет­ся, можем ли мы све­сти поли­ти­че­скую эко­но­мию к тех­ни­ке и тех­но­ло­гии; можем ли мы искать раз­гад­ку тайн обще­ствен­ных отно­ше­ний про­из­вод­ства толь­ко в тех­но­ло­ги­че­ских про­цес­сах? Нам пред­став­ля­ет­ся, что это­го ни в коем слу­чае нель­зя делать, и что Маркс, имя кото­ро­го без кон­ца упо­треб­ля­ет тов. Бес­со­нов, без долж­ных к тому осно­ва­ний, нико­гда не раз­де­лял подоб­ной сверх­на­ту­ра­ли­сти­че­ской точ­ки зре­ния. И это так не толь­ко пото­му, что «сведé­ние» с обще­фи­ло­соф­ской, с диа­лек­ти­че­ской точ­ки зре­ния не выдер­жи­ва­ет ника­кой кри­ти­ки, явля­ет­ся недо­пу­сти­мым и нена­уч­ным при­е­мом. В обла­сти обще­ствен­ных наук тео­ре­ти­че­ским пред­ста­ви­те­лям бур­жу­а­зии все­гда было выгод­но при­ме­нять есте­ствен­ные зако­ны к объ­яс­не­нию обще­ствен­ных явле­нии. Доста­точ­но вспом­нить хотя бы об орга­ни­че­ской тео­рии. В про­ти­во­по­лож­ность подоб­ным заве­до­мо апо­ло­ге­ти­че­ским при­е­мам, диа­лек­ти­че­ский мате­ри­а­лизм при­дер­жи­ва­ет­ся дру­гой точ­ки зре­ния, кото­рая спо­соб­ству­ет наи­бо­лее глу­бо­ко­му позна­нию дан­но­го кру­га явле­ний. Диа­лек­ти­че­ский мате­ри­а­лизм счи­та­ет, что обще­ствен­ные явле­ния вооб­ще не могут быть позна­ны посред­ством изу­че­ния есте­ствен­ных зако­но­мер­но­стей. «Диа­лек­ти­че­ский мате­ри­а­лист не ста­нет объ­яс­нять обще­ствен­ные явле­ния био­ло­ги­че­ски­ми зако­на­ми или зако­на­ми физи­ки и химии. Меха­ни­че­ский же мате­ри­а­лизм неиз­беж­но тре­бу­ет тако­го пере­не­се­ния зако­нов физи­ки и химии на обще­ствен­ные явле­ния»[38], ана­ло­гич­но тому, как тов. Бес­со­нов тре­бу­ет объ­яс­нять обще­ствен­ные отно­ше­ния посред­ством одних лишь тех­но­ло­ги­че­ских про­цес­сов.

Обще­ствен­ные отно­ше­ния про­из­вод­ства воз­ни­ка­ют на мате­ри­аль­но-тех­ни­че­ской осно­ве, ею обу­слов­ли­ва­ют­ся. Но вме­сте с тем, и это­го ни в коем слу­чае нель­зя забы­вать, эти отно­ше­ния пред­став­ля­ют собой, по срав­не­нию с мате­ри­аль­но-тех­ни­че­ской сто­ро­ной про­цес­са про­из­вод­ства, по срав­не­нию с про­ис­хо­дя­щи­ми в ней тех­но­ло­ги­че­ски­ми про­цес­са­ми, неко­то­рое новое каче­ство, обла­да­ю­щее свое­об­раз­ны­ми, спе­ци­фи­че­ски­ми зако­но­мер­но­стя­ми. И эта спе­ци­фич­ность обще­ствен­ных отно­ше­ний про­из­вод­ства дела­ет невоз­мож­ным их изу­че­ние с помо­щью наук тех­ни­че­ско­го поряд­ка. Необ­хо­ди­мо суще­ство­ва­ние осо­бой, соци­аль­ной нау­ки, спе­ци­аль­но изу­ча­ю­щей про­из­вод­ствен­ные отно­ше­ния, учи­ты­ва­ю­щей, что ее пред­мет вырас­та­ет в про­цес­се мате­ри­аль­но­го про­из­вод­ства, но при этом не отка­зы­ва­ю­щей­ся от выяв­ле­ния этих отно­ше­ний во всем их свое­об­ра­зии, во всей их спе­ци­фич­но­сти, изу­ча­ю­щей их как неко­то­рое осо­бое, новое каче­ство. И поэто­му нико­гда и ника­кой тех­но­ло­ги­че­ский про­цесс, как бы глу­бо­ко мы ни позна­ва­ли его тай­ны, не смо­жет объ­яс­нить нам тай­ну обще­ствен­ных отно­ше­ний. Про­ник­но­ве­ние вглубь эко­но­ми­ки бур­жу­аз­но­го обще­ства пред­по­ла­га­ет деталь­ное изу­че­ние имен­но этой эко­но­ми­ки, а не каких-либо есте­ствен­ных свойств пред­ме­тов, пред­по­ла­га­ет позна­ние обще­ствен­ных отно­ше­ний, во всей их осо­бен­но­сти и свое­об­ра­зии.

Точ­ка зре­ния тов. Бес­со­но­ва и мето­до­ло­ги­че­ски, и по суще­ству явля­ет­ся в корне непра­виль­ной, воз­вра­ща­ет нас к эта­пу, уже дав­но прой­ден­но­му раз­ви­ти­ем науч­ной эко­но­ми­че­ской мыс­ли. Маркс и Ленин, в свое вре­мя, с доста­точ­ной ясно­стью пока­за­ли, что поли­ти­че­ская эко­но­мия не явля­ет­ся нау­кой о мате­ри­аль­ном про­из­вод­стве, кото­рое с его веще­ствен­ной сто­ро­ны изу­ча­ет­ся тех­но­ло­ги­ей. Они дока­за­ли, что пре­вра­ще­ние нашей нау­ки в уче­ние о «про­из­вод­стве мате­ри­аль­ных цен­но­стей» льет воду на мель­ни­цу бур­жу­а­зии, пред­став­ля­ет собой лов­кий апо­ло­ге­ти­че­ский при­ем, отнюдь не уточ­ня­ю­щий наших эко­но­ми­че­ских пред­став­ле­ний и поня­тий. «Какой смысл в этом обви­не­нии? — пишет Ленин о выступ­ле­нии Сис­мон­ди про­тив клас­си­ков. — Оно осно­ва­но лишь на крайне нена­уч­ном пони­ма­нии само­го пред­ме­та поли­ти­че­ской эко­но­мии. Ее пред­мет вовсе не «про­из­вод­ство мате­ри­аль­ных цен­но­стей», как часто гово­рят (это — пред­мет тех­но­ло­гии), а — обще­ствен­ные отно­ше­ния людей по про­из­вод­ству. Толь­ко пони­мая «про­из­вод­ство» в пер­вом смыс­ле, и мож­но выде­лять от него осо­бо «рас­пре­де­ле­ние», и тогда в «отде­ле» о про­из­вод­стве, вме­сто кате­го­рий исто­ри­че­ски опре­де­лен­ных форм обще­ствен­но­го хозяй­ства, фигу­ри­ру­ют кате­го­рии, отно­ся­щи­е­ся к про­цес­су тру­да вооб­ще: обык­но­вен­но такие бес­со­дер­жа­тель­ные баналь­но­сти слу­жат лишь потом к зату­ше­вы­ва­нию исто­ри­че­ских и соци­аль­ных усло­вий! (При­мер — хоть поня­тие о капи­та­ле). Если же мы после­до­ва­тель­но будем смот­реть на «про­из­вод­ство», как на обще­ствен­ные отно­ше­ния по про­из­вод­ству, то и «рас­пре­де­ле­ние» и «потреб­ле­ние» поте­ря­ют вся­кое само­сто­я­тель­ное зна­че­ние. Раз выяс­не­ны отно­ше­ния по про­из­вод­ству, тем самым выяс­ни­лась и доля в про­дук­те, при­хо­дя­ща­я­ся отдель­ным клас­сам, а, сле­до­ва­тель­но, «рас­пре­де­ле­ние» и «потреб­ле­ние». И, наобо­рот, при невы­яс­нен­но­сти про­из­вод­ствен­ных отно­ше­ний (напр., при непо­ни­ма­нии про­цес­са про­из­вод­ства все­го обще­ствен­но­го капи­та­ла в его целом) вся­кие рас­суж­де­ния о потреб­ле­нии и рас­пре­де­ле­нии пре­вра­ща­ют­ся в баналь­но­сти или невин­ные роман­ти­че­ские поже­ла­ния»[39]. А ныне тов. Бес­со­нов уве­ря­ет нас, что он защи­ща­ет марк­сизм от «выхо­ла­щи­ва­ния», когда пред­ла­га­ет поли­ти­че­ской эко­но­мии изу­чать «бес­со­дер­жа­тель­ные баналь­но­сти» тех­но­ло­ги­че­ско­го поряд­ка. Неуже­ли так уж труд­но понять, что подоб­ная точ­ка зре­ния непо­сред­ствен­но ведет к «зату­ше­вы­ва­нию исто­ри­че­ских и соци­аль­ных усло­вий».

Совре­мен­ные тео­ре­ти­ко-эко­но­ми­че­ские раз­но­гла­сия непо­сред­ствен­но сопри­ка­са­ют­ся с фило­соф­ской дис­кус­си­ей еще в одном суще­ствен­ном пунк­те, в вопро­се о реаль­но­сти обще­ствен­ных явле­ний. Как А. Кон, так и С. Бес­со­нов сле­ду­ют в этом вопро­се по сто­пам Л. И. Аксель­род, явля­ют­ся ее непо­сред­ствен­ны­ми уче­ни­ка­ми и после­до­ва­те­ля­ми. Они счи­та­ют, что если обще­ствен­ные отно­ше­ния не заклю­ча­ют в себе чув­ствен­но ося­за­е­мой мате­рии, то они долж­ны быть при­зна­ны нере­аль­ны­ми, объ­ек­тив­но не суще­ству­ю­щи­ми. А так как поли­ти­че­ская эко­но­мия, оче­вид­но, изу­ча­ет толь­ко реаль­ные явле­ния, то обще­ствен­ные отно­ше­ния про­из­вод­ства обя­за­тель­но долж­ны заклю­чать в себе какую-то мате­рию. Отсю­да сле­ду­ет, что про­из­вод­ствен­ные отно­ше­ния непре­мен­но долж­ны отож­деств­лять­ся с мате­ри­аль­но-тех­ни­че­ской сто­ро­ной про­цес­са про­из­вод­ства. В про­тив­ном слу­чае, эти отно­ше­ния ста­но­вят­ся не мате­ри­аль­ны­ми, сле­до­ва­тель­но, не реаль­ны­ми, чем-то сугу­бо иде­а­ли­сти­че­ским.

Соглас­но это­му А. Кон в пуб­лич­ной дис­кус­сии заявил, что если Рубин счи­та­ет, что в про­из­вод­ствен­ных отно­ше­ни­ях, в част­но­сти в сто­и­мо­сти, не содер­жит­ся мате­рии, то «таким мето­дом разъ­еди­ня­ют­ся обще­ствен­ные и мате­ри­аль­ные эле­мен­ты марк­со­вой тео­рии, и мате­ри­а­ли­сти­че­ское уче­ние Марк­са пре­вра­ща­ет­ся в невин­ное иде­а­ли­сти­че­ское варе­во: сто­и­мость, кото­рая явля­ет­ся про­из­вод­ствен­ным отно­ше­ни­ем, объ­яв­ля­ет­ся нема­те­ри­аль­ным, сле­до­ва­тель­но, объ­ек­тив­но не суще­ству­ю­щим явле­ни­ем»[40].

Ныне тов. Бес­со­нов, кото­рый так и не сумел най­ти в абстракт­ном тру­де иско­мую им чув­ствен­но-ося­за­е­мую мате­рию, уве­ря­ет, что абстракт­ный труд не реа­лен. Реаль­но­стью, по его мне­нию, обла­да­ет лишь такой труд, кото­рый явля­ет­ся не обще­ствен­ным поня­ти­ем, а тех­ни­ко-мате­ри­аль­ным. Ина­че гово­ря, «реа­лен лишь кон­крет­ный труд».

Рас­суж­де­ния тов. Кона, кри­ти­че­ские уве­ре­ния тов. Бес­со­но­ва осно­ва­ны на непра­виль­ном пони­ма­нии дан­но­го вопро­са, его меха­ни­че­ской трак­тов­ке. Про­из­вод­ствен­ные отно­ше­ния не содер­жат в себе чув­ствен­ной мате­рии, но от это­го они не ста­но­вят­ся нере­аль­ны­ми. Отно­ше­ния меж­ду людь­ми, абстра­ги­ру­е­мые в эко­но­ми­че­ских кате­го­ри­ях, и не могут содер­жать в себе мате­рии, ибо они явля­ют­ся имен­но обще­ствен­ны­ми отно­ше­ни­я­ми, а не мате­ри­аль­ны­ми пред­ме­та­ми, ося­за­е­мы­ми веща­ми. Диа­лек­ти­че­ский мате­ри­а­лизм не сто­ит на нату­ра­ли­сти­че­ской, меха­ни­че­ской пози­ции. Он счи­та­ет, что все обще­ствен­ные отно­ше­ния, все эко­но­ми­че­ские кате­го­рии, как и мно­гие дру­гие реаль­ные поня­тия, хотя и не заклю­ча­ют в себе «ни ато­ма мате­рии», но отнюдь не пере­ста­ют быть от это­го объ­ек­тив­но суще­ству­ю­щи­ми, реаль­ны­ми отно­ше­ни­я­ми, не ста­но­вят­ся голы­ми иде­а­ли­сти­че­ски­ми абстрак­ци­я­ми. Так, напри­мер, «сто­и­мость суще­ству­ет не толь­ко в абстрак­ции, а выра­жа­ет реаль­ные отно­ше­ния»[41], хотя в ней самой и не содер­жат­ся мате­ри­аль­но-веще­ствен­ные эле­мен­ты. Это обсто­я­тель­ство, отсут­ствие в сто­и­мо­сти мате­рии, при несо­мнен­ной реаль­но­сти этой кате­го­рии, отме­ча­ет в сво­их фило­соф­ских тет­рад­ках так­же и Ленин. Он дела­ет к сло­вам Геге­ля, что «мож­но ли было бы поду­мать, что фило­со­фия ста­нет отри­цать исти­ну умо­по­сти­га­е­мых сущ­но­стей пото­му, что они лише­ны про­стран­ствен­ной и вре­мен­ной чув­ствен­ной мате­рии», сле­ду­ю­щее заме­ча­ние: «И тут Гегель прав по сути: сто­и­мость есть кате­го­рия, кото­рая лише­на веще­ства чув­ствен­но­сти, но она истин­нее, чем закон спро­са и пред­ло­же­ния»[42].

Став же на пози­цию отри­ца­ния реаль­но­сти обще­ствен­ных отно­ше­ний, наш автор дол­жен и далее после­до­вать по сто­пам Аксель­род, — при­знать клас­сы и клас­со­вые отно­ше­ния реаль­но не суще­ству­ю­щи­ми. Поэто­му тов. Бес­со­нов сто­ит на непра­виль­ном пути, когда он заяв­ля­ет, что если в пред­мет поли­ти­че­ской эко­но­мии, в изу­ча­е­мые ею отно­ше­ния про­из­вод­ства не будет вклю­че­на непо­сред­ствен­но мате­рия, — мате­ри­аль­но-тех­ни­че­ская сто­ро­на про­из­вод­ства, изу­ча­е­мая тех­но­ло­ги­ей, то тогда буд­то бы поли­ти­че­ская эко­но­мия пре­вра­тит­ся в иде­а­ли­сти­че­скую нау­ку «в на ред­кость чистую «социо­ло­ги­че­скую» нау­ку об абсо­лют­но чистых и абсо­лют­но соци­аль­ных отно­ше­ни­ях»[43]. Поли­ти­че­ская эко­но­мия Марк­са изу­ча­ет имен­но про­из­вод­ствен­ные отно­ше­ния. Она явля­ет­ся соци­аль­ной, а не нату­ра­ли­сти­че­ской или тех­но­ло­ги­че­ской нау­кой, и при этом неиз­мен­но оста­ет­ся сугу­бо реаль­ной и мате­ри­а­ли­сти­че­ской. Этот нагляд­ный при­мер как нель­зя луч­ше пока­зы­ва­ет несо­сто­я­тель­ность точ­ки зре­ния тов. Бес­со­но­ва.

* * *

Для вящ­ше­го под­креп­ле­ния сво­их более чем шат­ких поло­же­ний тов. Бес­со­нов неустан­но при­зы­ва­ет, на помощь гроз­ные име­на Стру­ве, Штольц­ма­на, Амон­на, устра­шая этим всех тех, кто с ним не согла­ша­ет­ся. Бес­спор­но, конеч­но, что соци­аль­ное направ­ле­ние в совре­мен­ной бур­жу­аз­ной поли­ти­че­ской эко­но­мии пред­став­ля­ет собою оче­ред­ную вылаз­ку иде­а­лиз­ма, оче­ред­ную попыт­ку про­ти­во­по­ста­вить Марк­су более или менее закон­чен­ную бур­жу­аз­ную эко­но­ми­че­скую тео­рию. Несо­мнен­но поэто­му, что про­тив соци­аль­ной шко­лы необ­хо­ди­мо опол­чить­ся каж­до­му марк­си­сту, всем тем, кто при­дер­жи­ва­ет­ся марк­со­вой поли­ти­че­ской эко­но­мии. Про­тив это­го направ­ле­ния долж­на быть раз­вер­ну­та оже­сто­чен­ная борь­ба, кото­рая долж­на воочию пока­зать ник­чем­ность выстав­ля­е­мой ими тео­рии. Тот факт, что мно­гие наши марк­си­сты-эко­но­ми­сты осо­зна­ли всю важ­ность и насто­я­тель­ную необ­хо­ди­мость борь­бы за пол­ное сокру­ше­ние соци­аль­но­го направ­ле­ния, пред­став­ля­ет собой весь­ма поло­жи­тель­ное явле­ние. Но очень пло­хо, когда у стра­ха гла­за черес­чур вели­ки. Борь­ба с соци­аль­ным направ­ле­ни­ем ни в коем слу­чае не долж­на при­во­дить к вза­им­ным, необос­но­ван­ным обви­не­ни­ям в «социо­ло­гиз­ме», не долж­на застав­лять пере­смат­ри­вать и «уточ­нять» эко­но­ми­че­скую тео­рию Марк­са, пере­хо­дить к вуль­гар­но-нату­ра­ли­сти­че­ской ее трак­тов­ке. Поли­ти­че­ская эко­но­мия Марк­са, его метод и без подоб­ных «уточ­не­ний» слу­жит в доста­точ­ной сте­пе­ни ост­рым и надеж­ным ору­ди­ем про­тив соци­аль­ной шко­лы.

Субъ­ек­тив­но тов. Бес­со­нов пре­сле­до­вал, быть может, очень важ­ную и суще­ствен­ную зада­чу, борь­бу с соци­аль­ным направ­ле­ни­ем. Одна­ко он неволь­но пере­гнул пал­ку и, на осно­ве свой­ствен­но­го ему меха­ни­че­ско­го, анти­диа­лек­ти­че­ско­го под­хо­да к объ­яс­не­нию обще­ствен­ных явле­ний и отно­ше­ний, сам стал изме­нять основ­ным поло­же­ни­ям марк­сист­ской поли­ти­че­ской эко­но­мии. За это и сле­ду­ет кри­ти­ко­вать его ста­тью, за это и сле­ду­ет дать соот­вет­ству­ю­щий отпор защи­ща­е­мой им точ­ке зре­ния.

Марк­сизм дол­жен вести посто­ян­ную, непре­рыв­ную борь­бу с бур­жу­аз­ной эко­но­ми­че­ской мыс­лью. Но эта борь­ба долж­на быть борь­бой на да фрон­та. Необ­хо­ди­мо бороть­ся не толь­ко с соци­аль­ным направ­ле­ни­ем, но и со свой­ствен­ны­ми бур­жу­аз­ной поли­ти­че­ской эко­но­мии нату­ра­ли­сти­че­ски­ми тен­ден­ци­я­ми. Марк­сист­ская эко­но­ми­че­ская тео­рия не при­мы­ка­ет ни к одной из этих край­но­стей, в рав­ной сте­пе­ни уда­ле­на от них.

Кон­цеп­ция тов. Бес­со­но­ва явля­ет­ся непра­виль­ной от нача­ла до кон­ца. Спа­са­ясь от соци­аль­но­го направ­ле­ния, он при­бли­жа­ет­ся к дру­го­му направ­ле­нию бур­жу­аз­ной поли­ти­че­ской эко­но­мии. Тем самым он нару­ша­ет чисто­ту Марк­со­ва уче­ния, дела­ет ряд суще­ствен­ных оши­бок. В насто­я­щей ста­тье мы оста­но­ви­лись исклю­чи­тель­но на пред­ме­те эко­но­ми­че­ской тео­рии Марк­са, так как мы счи­та­ем, что этот вопрос явля­ет­ся основ­ным и реша­ю­щим вопро­сом для всей марк­сист­ской поли­ти­че­ской эко­но­мии. Мно­го­чис­лен­ные ошиб­ки, дела­е­мые тов. Бес­со­но­вым в дру­гих вопро­сах, есте­ствен­но, оста­лись поэто­му за пре­де­ла­ми изло­же­ния. Они могут стать объ­ек­том для дру­гой, отдель­ной ста­тьи.


Примечания

[1] С. Бес­со­нов, Про­тив выхо­ла­щи­ва­ния марк­сиз­ма, жур­нал «Про­бле­мы Эко­но­ми­ки» №№ 1 и 2. Все цита­ты, в даль­ней­шем, при­во­дят­ся по № 1.

[2] И. Рубин, Очер­ки по тео­рии сто­и­мо­сти Марк­са, 3‑е изда­ние, стр. 10. Кур­сив здесь и всю­ду даль­ше, где это осо­бо не ого­во­ре­но, при­над­ле­жит цити­ру­е­мо­му авто­ру

[3] Там же, стр. 11.

[4] Бес­со­нов, Про­тив выхо­ла­щи­ва­ния марк­сиз­ма, стр. 124.

[5] Буха­рин, Поли­ти­че­ская эко­но­мия ран­тье, 1924 г., стр. 13.

[6] Бес­со­нов, Про­тив выхо­ла­щи­ва­ния марк­сиз­ма, стр. 130.

[7] Ленин, Маркс, Энгельс, марк­сизм. Сбор­ник Инсти­ту­та Лени­на, 1925 г, стр. 17. Кур­сив наш. Г. Д.

[8] Ленин, Сочи­не­ния, 2‑е изда­ние, 1926 г., т. II, стр. 371.

[9] Энгельс, Карл Маркс. Кри­ти­ка поли­ти­че­ской эко­но­мии, — «Под Зна­ме­нем Марк­сиз­ма» № 2 — 3, 1923 г., стр. 56. Кур­сив наш. Г. Д.

[10] Кон, Курс поли­ти­че­ской эко­но­мим, 2‑е изда­ние, 1928 г., стр. 11. См. так­же Кон, Лек­ции по мето­до­ло­гии поли­ти­че­ской эко­но­мии.

[11] Бес­со­нов, Про­тив выхо­ла­щи­ва­ния марк­сиз­ма, стр. 132.

[12] Маркс, Пре­ди­сло­вие к Кри­ти­ке поли­ти­че­ской эко­но­мии, Укр­ГИЗ, 1923 г., стр. XII.

[13] Ленин, К вопро­су о диа­лек­ти­ке, — «Под Зна­ме­нем Марк­сиз­ма» № 5 — 6,

[14] Рубин, Очер­ки по тео­рии сто­и­мо­сти Марк­са, стр. 10.

[15] Бес­со­нов, Про­тив выхо­ла­щи­ва­ния марк­сиз­ма, стр. 129.

[16] Абез­гауз, Дукор, Нот­кин. Неко­то­рые вопро­сы, поли­ти­че­ской эко­но­мии в осве­ще­нии тов. А. Ф. Кона, — «Вест­ник Ком­му­ни­сти­че­ской Ака­де­мии» № 25, стр. 216.

[17] Рубин, Совре­мен­ные эко­но­ми­сты на Запа­де, стр. 188 — 189.

[18] Маркс, Наем­ный труд и капи­тал, «Крас­ная Новь», 1922 г., стр. 46 — 47.

[19] Буха­рин, Поли­ти­че­ская эко­но­мия ран­тье, 1924 г-» стр. 29.

[20] Рубин, Очер­ки по тео­рии сто­и­мо­сти Марк­са, стр. 11.

[21] Бес­со­нов, Про­тив выхо­ла­щи­ва­ния марк­сиз­ма, стр. 135.

[22] Рубин, Очер­ки по тео­рии сто­и­мо­сти Марк­са, стр. 22.

[23] Бес­со­нов, Про­тив выхо­ла­щи­ва­ния марк­сиз­ма, стр. 139.

[24] Там же, стр. 139.

[25] Там же, стр. 139.

[26] Маркс, Капи­тал, т. II, 1918 г., стр. 180. Кур­сив наш. Г. Д.

[27] Маркс, Капи­тал, т. II, стр. 204. Кур­сив наш.

[28] Маркс, Вве­де­ние к Кри­ти­ке поли­ти­че­ской эко­но­мии, стр. 2!.

[29] Бес­со­нов, Про­тив выхо­ла­щи­ва­ния марк­сиз­ма, стр. 133 — 134.

[30] Маркс, Капи­тал, т. III, ч. 2, 1923 г., стр. 422. Кур­сив наш. Г. Д.

[31] Бес­со­нов, Про­тив выхо­ла­щи­ва­ния марк­сиз­ма, стр. 140. Кур­сив наш. ГД

[32] Бес­со­нов, Про­тив выхо­ла­щи­ва­ния марк­сиз­ма, стр. 139 — 140. В пер­вом слу­чае под­черк­ну­то нами. Г. Д.

[33] Там же, стр. 141.

[34] Там же, стр. 141.

[35] Маркс, Капи­тал, т. I, 1920 г., стр. 153.

[36] Бес­со­нов, Про­тив выхо­ла­щи­ва­ния марк­сиз­ма, стр. 135.

[37] А. Дебо­рин, Диа­лек­ти­ка и есте­ство­зна­ние, стр. 71 72.

[38] Там же, стр. 327.

[39] Ленин, К харак­те­ри­сти­ке эко­но­ми­че­ско­го роман­тиз­ма, Соч., 2‑е изд. 1926 г., т. II, стр. 64. Кур­сив наш. Г. Д.

[40] А. Кон, выступ­ле­ние по докла­ду Руби­на. См. Рубин, Абстракт­ный труд и сто­и­мость в систе­ме Марк­са, стр. 53.

[41] А. Дебо­рин, Диа­лек­ти­ка и есте­ство­зна­ние, стр. 248.

[42] Ленин­ский сбор­ник IX, стр. 187.

[43] С Бес­со­нов, Про­тив выхо­ла­щи­ва­ния марк­сиз­ма, стр. 144.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Scroll to top