ДИАЛЕКТИКА Т. БУХАРИНА

«Под знаменем марксизма», 1922 №3

Семен Гоникман

Вряд ли, мож­но назвать еще одну кни­гу, кото­рую мы жда­ли бы с таким нетер­пе­ни­ем, как «Тео­рию исто­ри­че­ско­го мате­ри­а­лиз­ма» Буха­ри­на. Она долж­на была не толь­ко удо­вле­тво­рить живей­шую потреб­ность про­ле­тар­ских масс в попу­ляр­ном изло­же­нии наше­го исто­ри­че­ско­го мето­да, но и впер­вые дать его систе­ма­ти­че­ское изло­же­ние. Теперь мы эту кни­гу име­ем и можем судить, насколь­ко оправ­да­лись наши ожи­да­ния.

Я не став­лю сво­ей зада­чей дать оцен­ку всей кни­ги, моя зада­ча скром­ней: про­ана­ли­зи­ро­вать диа­лек­ти­ку т. Буха­ри­на. Этот вопрос явля­ет­ся основ­ным и реша­ю­щим для всей кни­ги. Исто­ри­че­ский мате­ри­а­лизм — это метод, а не замкну­тая систе­ма, а диа­лек­ти­ка это душа это­го мето­да.

Если эта кни­га воору­жит чита­те­ля диа­лек­ти­че­ским мето­дом, она соста­вит такую же эпо­ху, как «Азбу­ка ком­му­низ­ма». Вме­сте же с диа­лек­ти­кой рушит­ся и цен­ность всей кни­ги.

Это­го, я пола­гаю, доста­точ­но для объ­яс­не­ния мето­да и пред­ме­та наше­го кри­ти­че­ско­го ана­ли­за, а теперь перей­дем к делу. Мы зай­мем­ся 3‑ей гла­вой кни­ги т. Буха­ри­на.

1. Диалектика и «диалектика»

Про­ци­ти­ро­вав, как и пола­га­ет­ся, Герак­ли­та и Геге­ля, т. Буха­рин разъ­яс­ня­ет их:

«В самом деле, пред­ста­вим себе на мину­точ­ку, что в мире не было бы столк­но­ве­ния ника­ких сил, что не было бы ника­кой их борь­бы, что раз­лич­ные силы не направ­ля­лись бы одна про­тив дру­гой… Покой гос­под­ству­ет там, где все состав­ные частич­ки, где силы нахо­дят­ся в таком отно­ше­нии друг к дру­гу, что не про­ис­хо­дит ника­ко­го столк­но­ве­ния, где нет ника­ко­го вза­и­мо­дей­ствия, где ниче­го “не заде­ва­ет”, где, сло­вом, нет ника­ко­го про­ти­во­ре­чия, ника­кой про­ти­во­по­лож­но­сти борю­щих­ся, стал­ки­ва­ю­щих­ся сил, где нет нико­гда ника­ко­го нару­ше­ния рав­но­ве­сия» (стр. 75, под­черк­ну­то в ори­ги­на­ле).

Пер­вая мысль, выска­зан­ная здесь, — что любое явле­ние, любой пред­мет нахо­дит­ся во вза­и­мо­дей­ствии со сре­дой. Даль­ше же идет уже выяс­не­ние «про­ти­во­ре­чия». В чем же оно заклю­ча­ет­ся по Буха­ри­ну? В про­ти­во­по­лож­но­сти раз­лич­ных сил. Эти силы могут нахо­дить­ся в состо­я­нии рав­но­ве­сия, и тогда нет раз­ви­тия; раз­ви­тие заклю­ча­ет­ся в нару­ше­нии это­го рав­но­ве­сия. Итак, про­ти­во­ре­чие надо пони­мать, как меха­ни­че­ское столк­но­ве­ние раз­ных сил. Про­ти­во­ре­чие заклю­ча­ет­ся не в раз­ви­тии само­го явле­ния, оно не в нем содер­жит­ся и раз­ви­ва­ет­ся, но про­ти­во­ре­чие заклю­ча­ет­ся в отно­ше­ни­ях меж­ду явле­ни­ем и сре­дой. При чем эти про­ти­во­ре­чия заклю­ча­ют­ся в меха­ни­че­ском столк­но­ве­нии меж­ду сила­ми.

«В мире суще­ству­ют раз­лич­но дей­ству­ю­щие, направ­лен­ные друг про­тив дру­га силы. Толь­ко в исклю­чи­тель­ных слу­ча­ях они урав­но­ве­ши­ва­ют друг дру­га на неко­то­рый момент» (стр. 74).

Каж­дое явле­ние нахо­дит­ся в какой-либо сре­де, нахо­дит­ся во вза­и­мо­дей­ствии с ней. Возь­мем, к при­ме­ру, обще­ство. При­ро­да явля­ет­ся пер­вым усло­ви­ем суще­ство­ва­ния обще­ства, она же опре­де­ля­ет воз­мож­ность его раз­ви­тия. Но вот мы спра­ши­ва­ем т. Буха­ри­на, доста­точ­но ли зна­ния вза­и­мо­дей­ствия обще­ства с при­ро­дой, или про­ти­во­ре­чия, как он это назы­ва­ет, для пони­ма­ния раз­ви­тия дан­но­го обще­ства, или в самом обще­стве заклю­ча­ют­ся про­ти­во­ре­чия, дви­га­ю­щие его впе­ред и раз­ви­ва­ю­щи­е­ся с его дви­же­ни­ем? Или, ины­ми сло­ва­ми: диа­лек­ти­че­ское про­ти­во­ре­чие — заклю­ча­ет­ся ли оно в отно­ше­нии обще­ства к сре­де, или же оно заклю­ча­ет­ся в самом обще­стве.

«А отсю­да и сле­ду­ет, что борь­ба”, “про­ти­во­ре­чия”, т. е. анта­го­низ­мы раз­лич­но направ­лен­ных сил и обу­слов­ли­ва­ют дви­же­ние» (стр. 77, под­черк­ну­то в ори­ги­на­ле).

Итак, диа­лек­ти­че­ское про­ти­во­ре­чие заклю­ча­ет­ся не в про­ти­во­ре­чи­вом раз­ви­тии, имма­нент­ном дан­но­му обще­ству и выра­жа­ю­щем­ся, конеч­но, в его отно­ше­нии к при­ро­де, но в столк­но­ве­нии сил обще­ства и при­ро­ды.

Фор­ма про­цес­са полу­ча­ет­ся сле­ду­ю­щая: «во‑первых, — состо­я­ние рав­но­ве­сия; во‑вторых — нару­ше­ния это­го рав­но­ве­сия, в‑третьих — вос­ста­нов­ле­ние это­го рав­но­ве­сия на новой осно­ве» (стр. 77).

Тут «страх нам серд­це дет­ское сжи­ма­ет».

Мы еще не спо­рим о позна­ва­тель­ной цен­но­сти изоб­ра­жен­но­го мето­да, но мы спра­ши­ва­ем себя: «Что же это? Диа­лек­ти­ка Марк­са и Энгель­са, или нечто новое?» Т. Буха­рин не «отго­ра­жи­ва­ет­ся» от них, пола­гая, оче­вид­но, что он раз­ви­ва­ет их точ­ку зре­ния. Одна­ко мы недо­вер­чи­вы и обра­ща­ем­ся к пер­во­ис­точ­ни­кам, чтоб узнать, дей­стви­тель­но ли этот меха­ни­че­ский метод явля­ет­ся марк­сист­ской диа­лек­ти­кой.

«Таким обра­зом, мы име­ем здесь про­ти­во­ре­чие “при­су­щее самим вещам и явле­ни­ям и, так ска­зать, ося­за­е­мое телес­но”… жизнь преж­де все­го состо­ит имен­но в том, что извест­ное суще­ство в каж­дый дан­ный момент одно и то же и в то же вре­мя — дру­гое. Таким обра­зом, и жизнь есть так­же содер­жа­ще­е­ся в самих вещах и явле­ни­ях, посто­ян­но воз­ни­ка­ю­щее и раз­ре­ша­ю­ще­е­ся про­ти­во­ре­чие» (Энгельс «Анти-Дюринг»).

Это несколь­ко непо­хо­же на диа­лек­ти­ку т. Буха­ри­на.

Но, может быть, сход­ство меж­ду «дву­мя диа­лек­ти­ка­ми» заклю­ча­ет­ся в том, что про­ти­во­ре­чие, «при­су­щее самим вещам и явле­ни­ям и, так ска­зать, ося­за­е­мое телес­но» заклю­ча­ет­ся в борь­бе сил. Нахо­дя­щих­ся в этих вещах и явле­ни­ях, меха­ни­че­ской борь­бе?

«По Геге­лю, диа­лек­ти­ка есть прин­цип вся­кой жиз­ни. Неред­ко встре­ча­ют­ся люди, кото­рые, выска­зав извест­ное отвле­чен­ное поло­же­ние, охот­но при­зна­ют, что, может быть, они оши­ба­ют­ся и, что, может быть, пра­ви­лен пря­мо про­ти­во­по­лож­ный взгляд. Это — бла­го­вос­пи­тан­ные люди, до кон­ца ног­тей про­ник­ну­тые “тер­пи­мо­стью”: живи и жить давай дру­гим, гово­рят они сво­е­му рас­суд­ку. Диа­лек­ти­ка не име­ет ниче­го обще­го со скеп­ти­че­ской тер­пи­мо­стью свет­ских людей, но и она уме­ет согла­шать пря­мо про­ти­во­по­лож­ные отвле­чен­ные поло­же­ния. Чело­век смер­тен, гово­рим мы, рас­смат­ри­вая смерть как нечто коре­ня­ще­е­ся во внеш­них обсто­я­тель­ствах и совер­шен­но чуж­дое при­ро­де живо­го чело­ве­ка. Выхо­дит, что у чело­ве­ка есть два свой­ства: во-пер­вых, быть живым, а во-вто­рых — быть так­же и смерт­ным. Но при бли­жай­шем рас­смот­ре­нии ока­зы­ва­ет­ся, что жизнь сама носит в себе заро­дыш смер­ти, и что вооб­ще вся­кое явле­ние про­ти­во­ре­чи­во в том смыс­ле, что оно само из себя (под­черк­ну­то нами) раз­ви­ва­ет те эле­мен­ты, кото­рые, рано или позд­но, поло­жат конец его суще­ство­ва­нию, пре­вра­тят его в его соб­ствен­ную про­ти­во­по­лож­ность» (Пле­ха­нов, «К вопро­су… » стр. 59 — 60, изд. В.Ц.И.К. 1919 г.).

Каж­дое явле­ние нахо­дит­ся во вза­и­мо­дей­ствии со сре­дой. Изме­не­ние явле­ния есть изме­не­ние его отно­ше­ния к сре­де. Но, чтоб понять, как и поче­му изме­ня­ет­ся отно­ше­ние явле­ния к сре­де, надо познать, как раз­ви­ва­ет­ся дан­ное явле­ние в усло­ви­ях сре­ды, что дви­жет его раз­ви­ти­ем. Ибо не изме­не­ние сре­ды обу­слов­ли­ва­ет раз­ви­тие явле­ния, но, наобо­рот, раз­ви­тие явле­ния меня­ет для него сре­ду. Поэто­му, толь­ко поняв, по каким зако­нам про­ис­хо­дит раз­ви­тие явле­ния, мож­но узнать, как изме­нит­ся его отно­ше­ние к сре­де.

Пред­по­ло­жим, что мы име­ем явле­ние «А» и сре­ду «Б». Сре­да «Б» — при­ро­да, неиз­мен­на. Как может про­изой­ти изме­не­ние отно­ше­ний «А» к «Б»? Толь­ко через изме­не­ние «А». Отно­ше­ние «А» к «Б» есть функ­ция «А». «Б» толь­ко дает усло­вия изме­не­ния «А», но «А», изме­ня­ет­ся по зако­нам ему при­су­щим. Ина­че непо­нят­на сама воз­мож­ность изме­не­ния отно­ше­ния «А» к «Б», явле­ния к сре­де. А раз­ви­ва­ют­ся явле­ния диа­лек­ти­че­ски; это зна­чит, что про­ти­во­ре­чие заклю­ча­ет­ся в раз­ви­тии «А». И толь­ко про­ти­во­ре­чи­вое раз­ви­тие «А» объ­яс­ня­ет нам воз­мож­ность изме­не­ния отно­ше­ния его к «Б» и воз­мож­ность раз­ви­тия вооб­ще.

Итак, пер­вое заклю­че­ние, к кото­ро­му мы долж­ны прий­ти, заклю­ча­ет­ся в том уте­ши­тель­ном для нас выво­де, что меха­ни­че­ский метод т. Буха­ри­на ниче­го обще­го с диа­лек­ти­кой Марк­са и Энгель­са не име­ет. Все, так ска­зать, автор­ские пра­ва сохра­ня­ют­ся за т. Буха­ри­ным нераз­дель­но. Но, я дол­жен изви­нить­ся, я несколь­ко пото­ро­пил­ся. Ока­зы­ва­ет­ся, пере­во­рот в диа­лек­ти­ке, совер­шен­ный т. Буха­ри­ным, уже был про­из­ве­ден мно­го лет тому назад.

«Пер­вое и самое важ­ное поло­же­ние о логи­че­ских основ­ных свой­ствах бытия состо­ит в исклю­че­нии про­ти­во­ре­чий. Про­ти­во­ре­чие — это кате­го­рия, кото­рая может отно­сит­ся толь­ко к мыс­лен­ной ком­би­на­ции, но не к дей­стви­тель­но­сти. В реаль­ных вещах нет про­ти­во­ре­чий или, дру­ги­ми сло­ва­ми, про­ти­во­ре­чие, пред­по­ло­же­ние, как нечто реаль­ное, само уже явля­ет­ся вер­ши­ной абсур­да. Анта­го­низм сил, кото­рые, дей­ствуя в про­ти­во­по­лож­ных направ­ле­ни­ях, изме­ря­ют­ся друг дру­гом, явля­ет­ся даже основ­ной фор­мой всех дей­ствий в бытии мира и насе­ля­ю­щих его существ (под­черк­ну­то нами). Одна­ко, эта про­ти­во­по­лож­ность направ­ле­ния сил эле­мен­тов и инди­ви­ду­у­мов ничуть не сов­па­да­ет с иде­ей абсурд­но­го про­ти­во­ре­чия. Мы можем здесь доволь­ство­вать­ся тем, что рас­се­я­ли туман, под­ни­ма­ю­щий­ся обык­но­вен­но из вооб­ра­жа­е­мых мисте­рий логи­ки, посред­ством ясной кар­ти­ны дей­стви­тель­ной абсурд­но­сти реаль­но­го про­ти­во­ре­чия, и дока­за­ли бес­по­лез­ность того фимиа­ма, кото­рый места­ми вос­ку­ри­ва­ли и рас­то­ча­ли лов­ко отде­лан­но­му идо­лу диа­лек­ти­ки про­ти­во­ре­чия»… (Энгельс «Анти-Дюринг»). Так гово­рил, толь­ко не Зара­ту­ст­ра, а Дюринг. Раз­ни­ца заклю­ча­ет­ся толь­ко в том, что он про­ти­во­по­став­лял свое меха­ни­че­ское миро­по­ни­ма­ние «мисти­ке» диа­лек­ти­ки, а т. Буха­рин под­со­вы­ва­ет нам его, как яко­бы диа­лек­ти­ку. На этом мы первую часть нашей зада­чи закон­чим: диа­лек­ти­ка Марк­са и Энгель­са и «диа­лек­ти­ка» т. Буха­ри­на это — две раз­ные вещи. Теперь перей­дем к раз­бо­ру «диа­лек­ти­ки» по суще­ству.

2. «Диалектика» по существу

Диа­лек­ти­ка это — закон раз­ви­тия. Посмот­рим, как объ­яс­ня­ет раз­ви­тие т. Буха­рин. Фор­му­ла т. Буха­ри­на тако­ва: пер­во­на­чаль­ное состо­я­ние рав­но­ве­сия (тезис), нару­ше­ние рав­но­ве­сия (анти­те­зис), вос­ста­нов­ле­ние рав­но­ве­сия на новой осно­ве (син­те­зис). Хит­рая меха­ни­ка!

Одна­ко давай­те уста­но­вим, что же такое рав­но­ве­сие? «Более или менее точ­ное поня­тие рав­но­ве­сия тако­во: о какой-нибудь систе­ме гово­рят, что она нахо­дит­ся в состо­я­нии рав­но­ве­сия, если эта систе­ма сама по себе, т. е. без извне при­ло­жен­ной к ней энер­гии, не может изме­нить дан­но­го состо­я­ния» (стр. 76. «Тео­рия ист. мат-ма».) Очень хоро­шо. Совсем как в меха­ни­ке. Теперь мы берем при­мер: явле­ние «А» нахо­дит­ся в сре­де «Б». Систе­ма нахо­дит­ся в состо­я­нии рав­но­ве­сия. Каким обра­зом рав­но­ве­сие может быть нару­ше­но? Долж­на быть при­ло­же­на еще какая-то тре­тья сила. Что это за тре­тья сила, т. Буха­рин? Если мы име­ем живот­ный вид и при­ро­ду в состо­я­нии рав­но­ве­сия, что может выве­сти эту систе­му из рав­но­ве­сия? Тре­тья сила. Мы всту­па­ем в область мисти­циз­ма, или чер­тов­щи­ны, как гово­рит т. Буха­рин. Дру­го­го выхо­да нет. Поня­тие меха­ни­че­ских сил и меха­ни­че­ско­го рав­но­ве­сия не может объ­яс­нить раз­ви­тия. Попро­бу­ем взять для уяс­не­ния всей бес­по­мощ­но­сти это­го мето­да в вопро­сах раз­ви­тия зна­ме­ни­тое ячмен­ное зер­но.

«Возь­мем ячмен­ное зер­но. Бил­ли­о­ны таких зерен еже­днев­но моло­тят, варят, пекут и затем потреб­ля­ют. Но если подоб­ное ячмен­ное вер­но нахо­дит нор­маль­ные для себя усло­вия, если оно пада­ет на бла­го­при­ят­ную поч­ву, то с ним, под вли­я­ни­ем теп­ла и вла­ги, про­ис­хо­дит свое­об­раз­ное изме­не­ние: оно пус­ка­ет рост­ки; зер­но, как тако­вое, пере­ста­ет суще­ство­вать, уни­что­жа­ет­ся, его место зани­ма­ет вышед­шее из него рас­те­ние, — это отри­ца­ние зер­на. Но каков нор­маль­ный ход жиз­ни это­го рас­те­ния? Оно рас­тет, цве­тет, опло­до­тво­ря­ет­ся и про­из­во­дит, в кон­це кон­цов, сно­ва ячмен­ные зер­на, а когда послед­ние созре­ва­ют, то сте­бель уми­ра­ет, — в свою оче­редь отри­ца­ет­ся. Как резуль­тат это­го отри­ца­ния мы сно­ва име­ем пер­во­на­чаль­ное ячмен­ное зер­но, но не в преж­нем, а в десяти‑и в двадцати‑и трид­ца­ти­крат­ном коли­че­стве (Энгельс «Анти-Дюринг»).

Это зна­чит, что под вли­я­ни­ем сре­ды ячмен­ное зер­но раз­ви­ва­ет­ся про­ти­во­ре­чи­во по зако­нам ему свой­ствен­ным. Сре­да явля­ет­ся необ­хо­ди­мым усло­ви­ем воз­мож­но­сти раз­ви­тия, но раз­ви­тие про­ис­хо­дит по зако­нам, свой­ствен­ным зер­ну. А теперь попро­бу­ем понять раз­ви­тие ячмен­но­го зер­на по т. Буха­ри­ну.

Зер­но бро­ше­но в зем­лю — пер­во­на­чаль­ное состо­я­ние рав­но­ве­сия. Что это долж­но обо­зна­чать? Равен­ство сил, каким зер­но дей­ству­ет на при­ро­ду, а при­ро­да на зер­но. Что это за силы, т. Буха­рин? В чем они выра­жа­ют­ся и как узна­ет­ся их равен­ство? Нуж­но ли пони­мать т. Буха­ри­на так, что при неиз­мен­ной сре­де оста­нет­ся неиз­мен­ным и зер­но (а так имен­но и нуж­но его пони­мать, как мы это уви­дим впо­след­ствии)? Но ведь так в дей­стви­тель­но­сти не быва­ет. Зер­но раз­ви­ва­ет­ся и, раз­ви­ва­ясь, само изме­ня­ет сре­ду. В чем, зна­чит, вза­и­мо­дей­ствие меж­ду зер­ном и сре­дой? Сре­да это есть усло­вие раз­ви­тия зер­на. Помо­га­ет ли нам поня­тие рав­но­ве­сия понять фор­му и самую воз­мож­ность раз­ви­тия? Нисколь­ко. Наобо­рот, мы долж­ны ожи­дать какой-то мисти­че­ской 3‑ей силы, кото­рая выве­ла бы эту систе­му из состо­я­ния рав­но­ве­сия. Пой­дем даль­ше: зер­но пре­вра­ти­лось в рас­те­ние, — «нару­ше­ние рав­но­ве­сия», гово­рит т. Буха­рин; «про­ти­во­ре­чи­вое раз­ви­тие», гово­рит Энгельс. Энгель­са мы пони­ма­ем: зер­но, раз­ви­ва­ясь отри­ца­ет себя в рас­те­нии. Како­го рав­но­ве­сия, спра­ши­ва­ем мы т. Буха­ри­на? Меж­ду зер­ном и сре­дой? Но, ведь, меж­ду стеб­лем и сре­дой про­ис­хо­дит такой же обмен веществ, как и меж­ду зер­ном и сре­дой.

Прин­ци­пи­аль­но тут ниче­го не изме­ни­лось: зер­но раз­ви­ва­лось, пита­ясь из окру­жа­ю­щей сре­ды, то же про­де­лы­ва­ет и сте­бель. В этом отно­ше­нии и зер­но и сте­бель пред­став­ля­ют отно­си­тель­но сре­ды оди­на­ко­вые кате­го­рии. Если раз­ни­цу меж­ду зер­ном и стеб­лем т. Буха­рин видит в том, что зер­но не раз­ви­ва­лось (рав­но­ве­сие), а сте­бель есть резуль­тат раз­ви­тия, то это, ведь, ему надо объ­яс­нить. Ему надо объ­яс­нить, как из зер­на, кото­рое не раз­ви­ва­лось, раз­вил­ся сте­бель. Сло­ва: рав­но­ве­сие и нару­ше­ние рав­но­ве­сия, как бы муд­ре­но они не упо­треб­ля­лись, про­цес­са раз­ви­тия не объ­яс­ня­ют. То же самое про­ис­хо­дит и в тре­тьей ста­дии раз­ви­тия ячмен­но­го зер­на. «Вос­ста­нов­ле­ние рав­но­ве­сия на новой осно­ве» так же мало, объ­яс­ня­ет нам воз­мож­ность, направ­ле­ние и фор­му про­цес­са раз­ви­тия, как и преды­ду­щие, заим­ство­ван­ные из меха­ни­ки, поня­тия.

Но обра­тим­ся к при­ме­рам само­го т. Буха­ри­на. Мы напе­ред изви­ня­ем­ся за длин­ные выпис­ки, но они неиз­беж­ны, ибо вопрос серье­зен.

«1. Устой­чи­вое рав­но­ве­сие. Устой­чи­вое рав­но­ве­сие быва­ет в том слу­чае, когда вза­и­мо­дей­ствие меж­ду сре­дой и систе­мой выра­жа­ет­ся в неиз­мен­ном поло­же­нии вещей или в таком нару­ше­нии преж­не­го поло­же­ния, кото­рое вновь вос­ста­нав­ли­ва­ет­ся в преж­ней же фор­ме. Напри­мер: пред­по­ло­жим, что какой-нибудь вид живот­ных живет в сте­пи. Сре­да сама не изме­ня­ет­ся. Для про­кор­ма это­го вида живот­ных коли­че­ство пищи не уве­ли­чи­ва­ет­ся и не умень­ша­ет­ся; коли­че­ство хищ­ных зве­рей оста­ет­ся таким же; вся­кие болез­ни, раз­но­си­мые мик­ро­ба­ми, оста­ют­ся в преж­них про­пор­ци­ях. Что тогда полу­чит­ся? В общем и целом коли­че­ство наших живот­ных оста­нет­ся тем же: одни из них будут уми­рать или поги­бать от хищ­ни­ков, дру­гие рож­дать­ся, но дан­ный вид в таких усло­ви­ях сре­ды будет сохра­нять­ся таким же, как он был. Здесь перед нами слу­чай застоя. Поче­му? Пото­му, что тут сохра­ня­ет­ся неиз­мен­ным отно­ше­ние меж­ду систе­мой (дан­ный вид живот­ных) и сре­дой. Это слу­чай устой­чи­во­го рав­но­ве­сия. Устой­чи­вое рав­но­ве­сие не все­гда есть пол­ная непо­движ­ность. Дви­же­ние может быть, но здесь за нару­ше­ни­ем рав­но­ве­сия сле­ду­ет его вос­ста­нов­ле­ние на преж­ней же осно­ве. В таком слу­чае про­ти­во­ре­чие меж­ду сре­дой и систе­мой посто­ян­но вос­про­из­во­дит­ся в том же самом коли­че­ствен­ном отно­ше­нии» (стр. 79, под­черк­ну­то в ори­ги­на­ле).

А теперь будем рас­суж­дать.

Рань­ше все­го мы ука­жем на основ­ную мето­до­ло­ги­че­скую ошиб­ку т. Буха­ри­на, к кото­рой мы впо­след­ствии еще вер­нем­ся. Мы име­ем перед собой слу­чай застоя.

К чему сво­дит­ся в таком слу­чае зада­ча иссле­до­ва­те­ля? Нуж­но открыть усло­вия, при­чи­ны рав­но­ве­сия, что­бы из них уже выве­сти усло­вия раз­ви­тия.

Как это дела­ет т. Буха­рин?

«Здесь перед нами слу­чай застоя. Поче­му? Пото­му что тут сохра­ня­ет­ся неиз­мен­ным отно­ше­ние меж­ду систе­мой и сре­дой».

Ана­лиз при­чин т. Буха­рин заме­ня­ет опи­са­ни­ем. Он про­сто повто­ря­ет, что застой, это — когда отно­ше­ние неиз­мен­но, в то вре­мя как его зада­чей явля­ет­ся объ­яс­нить, поче­му воз­мож­но такое неиз­мен­ное отно­ше­ние. Но в дру­гом месте мы наты­ка­ем­ся все-таки на при­чин­ное объ­яс­не­ние, а не опи­са­ние: «но дан­ный вид в таких усло­ви­ях сре­ды будет сохра­нять­ся таким же, как он был».

Тут мы долж­ны поздра­вить т. Буха­ри­на. Он совер­шил пере­во­рот не толь­ко в диа­лек­ти­ке, но, и, сам того, может быть, не желая, в био­ло­гии. От него мы впер­вые узна­ем, что вид может изме­нить­ся толь­ко тогда, если меня­ет­ся окру­жа­ю­щая сре­да. Сле­до­ва­тель­но, раз­ви­тие про­ис­хо­дит, при­мер­но, таким обра­зом. Суще­ству­ет вид «А» и сре­да «Б». Пока «Б» не изме­ня­ет­ся, оста­ет­ся неиз­мен­ным и «А». Но вот меня­ет­ся «Б» (под вли­я­ни­ем какой 3‑ьей силы, т. Буха­рин?), а за ним меня­ет­ся и «А». Какая небес­ная сим­фо­ния, т. Буха­рин! Зна­чит, не вид в про­цес­се раз­ви­тия при­спо­саб­ли­ва­ет­ся к при­ро­де, а при­ро­да к виду. Ведь, «дан­ный вид в таких усло­ви­ях сре­ды будет сохра­нять­ся таким же, как он был». Ново! Одна­ко посмот­рим, насколь­ко дей­стви­тель­ность соот­вет­ству­ет этой «диа­лек­ти­ке».

Что будет про­ис­хо­дить с видом, если сре­да оста­нет­ся той же? Он будет непре­рыв­но раз­ви­вать­ся. В про­цес­се борь­бы меж­ду чле­на­ми дан­но­го вида будут выжи­вать наи­луч­ше орга­ни­зо­ван­ные и т. д. Одним сло­вом, эта такая азбу­ка, о кото­рой рас­про­стра­нять­ся не при­хо­дит­ся.

Но у т. Буха­ри­на есть воз­ра­же­ние. Прав­да, в толь­ко что цити­ро­ван­ном пред­ло­же­нии т. Буха­рин кате­го­ри­че­ски утвер­жда­ет, что вид оста­нет­ся тем же, т. е. не толь­ко коли­че­ствен­но, но и каче­ствен­но. Но, забыв через 6 стро­чек это утвер­жде­ние, он в кон­це цити­ро­ван­но­го отрыв­ка под­чер­ки­ва­ет, «что про­ти­во­ре­чие меж­ду сре­дой и систе­мой посто­ян­но вос­про­из­во­дит­ся в том же самом коли­че­ствен­ном соот­но­ше­нии». В пере­во­де на более понят­ный язык это зна­чит, что коли­че­ствен­но дан­ный вид оста­нет­ся неиз­мен­ным. Согла­сим­ся, пусть коли­че­ствен­но вид не изме­ня­ет­ся, — гру­бо коли­че­ствен­но: чис­ло инди­ви­дов дан­но­го вида.

Ибо если дело схе­ма­ти­зи­ро­вать, то полу­чит­ся такая кар­ти­на: вид пред­став­ля­ет­ся силой «А». Но если чле­ны вида изме­ня­ют­ся каче­ствен­но, оста­ва­ясь в том же коли­че­стве, то, как сила, они будут уже не «А», а «А₁»! Но согла­сим­ся с т. Буха­ри­ным: коли­че­ствен­но вид не изме­нил­ся.

Зна­чит ли это, одна­ко, что пред нами нет раз­ви­тия?

Т. Буха­рин утвер­жда­ет, что да. Ина­че он не может, ибо он пони­ма­ет раз­ви­тие меха­ни­че­ски, т. е. как коли­че­ствен­ный рост. На самом же деле, раз­ви­тие заклю­ча­ет­ся не в коли­че­ствен­ном росте, а в каче­ствен­ных изме­не­ни­ях, или в том и дру­гом вме­сте. У т. Буха­ри­на есть толь­ко раз­ви­тие в про­стран­стве, а не в про­стран­стве и вре­ме­ни.

Еже­ли, ска­жем, пите­кан­тро­пов (родо­на­чаль­ник чело­ве­ка и чело­ве­ко­об­раз­ных обе­зьян) было А+Б+В, из них раз­ви­лось А людей и В гиб­бо­нов, а Б погиб­ло, то по т. Буха­ри­ну мы име­ем слу­чай регрес­са, «вос­ста­нов­ле­ния рав­но­ве­сия с отри­ца­тель­ным зна­ком», ибо (А+Б+В) боль­ше, неже­ли (А+В). По-наше­му мы име­ем раз­ви­тие, ибо, хотя про­стран­ствен­но (А+Б+В) мень­ше, чем (А+В), но (А+В) пред­став­ля­ют более высо­кую сту­пень при­спо­соб­лен­но­сти к при­ро­де, неже­ли (А+Б+В).

На ана­ли­зе цити­ро­ван­но­го отрыв­ка мы с доста­точ­ной ясно­стью убе­ди­лись, что:

1. Т. Буха­рин в сво­ем соб­ствен­ном при­ме­ре не свел кон­цы с кон­ца­ми.

2. Т. Буха­рин пони­ма­ет раз­ви­тие, как коли­че­ствен­ный рост, как раз­ви­тие в про­стран­стве.

3. Метод т. Буха­ри­на меха­ни­че­ский, а не диа­лек­ти­че­ский, и ока­зы­ва­ет­ся негод­ным при встре­че с вопро­са­ми дей­стви­тель­но­го раз­ви­тия.

Где основ­ная ошиб­ка?

«Но дан­ный вид в таких усло­ви­ях сре­ды будет сохра­нять­ся таким же, каким он был».

Мы име­ем явле­ние «А» и сре­ду «Б». Для того, чтоб изме­ни­лось «А», по т. Буха­ри­ну, долж­на изме­нить­ся сре­да. Это зна­чит, что из 2‑х вели­чин изме­ня­ет­ся «Б» — сре­да, а «А» изме­ня­ет­ся толь­ко как след­ствие изме­не­ния «Б», т. е. как его функ­ция. На мину­ту согла­сим­ся и пой­дем даль­ше. Где же при­чи­на изме­не­ния «Б»? «О какой-нибудь систе­ме гово­рят, что она нахо­дит­ся в состо­я­нии рав­но­ве­сия, если эта систе­ма сама по себе, т. е. без извне при­ло­жен­ной к ней энер­гии, не может изме­нить дан­но­го состо­я­ния» (под­черк­ну­то нами). Зна­чит, для того что­бы объ­яс­нить изме­не­ние «Б», т. е. при­ро­ды, т. Буха­рин дол­жен при­бег­нуть к тре­тьей силе, кото­рая не есть ни «А» и ни «Б». Такой тре­тьей силы нет, и т. Буха­рин бес­си­лен объ­яс­нить раз­ви­тие даже с его точ­ки зре­ния. Для того, чтоб сдви­нуть­ся с мерт­вой точ­ки, ему при­дет­ся рас­смат­ри­вать «Б», как дви­жи­мую внут­рен­ни­ми про­ти­во­ре­чи­я­ми, а отно­ше­ние «Б» к «А», как выра­же­ние внут­рен­не­го раз­ви­тия «Б» по отно­ше­нию к изме­ня­ю­ще­му­ся толь­ко как функ­ция его «А».

Но это уже будет диа­лек­ти­кой, а не меха­ни­че­ской тео­ри­ей рав­но­ве­сия.

На самом же деле изме­ня­ет­ся «А» по отно­ше­нию к неиз­мен­но­му «Б». Отно­ше­ние «А» к «Б» изме­ня­ет­ся как функ­ция «А», что мы уже раз­ви­ва­ли подроб­ней.

«Дей­ствуя посред­ством это­го дви­же­ния (про­цес­са тру­да. — С. Г.) на внеш­нюю при­ро­ду и изме­няя ее, он (чело­век. — С. Г.) в то же вре­мя изме­ня­ет свою соб­ствен­ную при­ро­ду» («Капи­тал» т. 1, отдел III, гл. 5).

Что дает нам метод т. Буха­ри­на?

1. Пони­ма­ние того, что раз­ви­тие обще­ства есть раз­ви­тие его вла­сти над при­ро­дой, след., раз­ви­тие его тех­ни­ки. Это ясно, и такое опре­де­ле­ние про­грес­са ника­ких спо­ров вызвать не может.

2. Если тех­ни­ка застой­на, то власть чело­ве­ка над при­ро­дой не изме­ня­ет­ся — момент рав­но­ве­сия. Если тех­ни­ка про­грес­си­ру­ет и т. д. Но поче­му и как изме­ня­ет­ся тех­ни­ка, что дви­жет её раз­ви­ти­ем, — это­го т. Буха­рин на осно­ве тео­рии меха­ни­че­ско­го рав­но­ве­сия объ­яс­нить не может. Тут нуж­на диа­лек­ти­ка.

Тео­рия меха­ни­че­ско­го рав­но­ве­сия, это — метод опи­са­ния, но не при­чин­но­го объ­яс­не­ния обще­ствен­но­го, да и вся­ко­го раз­ви­тия.

Таков тот вывод, к кото­ро­му мы при­нуж­де­ны прий­ти в резуль­та­те иссле­до­ва­ния. Может быть, мы непра­виль­но поня­ли т. Буха­ри­на или оши­ба­ем­ся, — мы будем ждать разъ­яс­не­ний т. Буха­ри­на или его нео­фи­тов.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Scroll to top